- Стелла, к чему ты на каждом слове вспоминаешь Эсфирь?
- Да так, - нахмурилась уставшая терианка, - просто настроение у меня ужасное. Сама не знаю, что на меня нашло. В такие минуты я всегда вспоминаю Эсфирь. Она прожила самую страшную, тяжёлую и короткую жизнь из всех моих сестёр, ну, если не считать Элладу и Ноэми…
- Это, безусловно так, но чем тревожить память умерших, не лучше ли осознать свои ошибки? – спросил Артур, глядя, как Стелла принялась за осмотр ран тайжеров и Тибо, так как люди в этой стычке с тизарцами не пострадали. – Наша работа связана с риском и опасностями, но это не значит, что из сострадания к преступникам и убийцам мы должны позволять убивать себя каждому встречному. В такие минуты лучше подумай о тех, кого они терроризируют, кто потенциально может погибнуть от их руки. В неожиданной и опасной ситуации нет времени на философию. Запомни, если ты медлишь, это только на руку врагу, который перед тем, как выстрелить, не будет рассматривать свой поступок со стороны общественной морали, гуманности, закона и христианских заповедей. Я не учу тебя убивать всякого правонарушителя. Но в экстремальных условиях и ситуациях противника можно победить, лишь опережая его действия. От того, чей выстрел будет первым, кто останется хладнокровен и уверен – зависит твоя жизнь или жизнь твоего врага. Если, допустим, ты несёшь в руках бомбу и при этом боишься, и думаешь, что ты можешь её вот-вот уронить и она взорвётся, то это действительно может произойти. Это случится от того, что подсознательно ты настроена на худшее и уже сдалась, ты уронишь взрывчатку и она уничтожит тебя. Но если ты спокойна и уверена, то не будешь ощущать паники и растерянности, а значит, твои руки не будут дрожать и не уронят опасный предмет. Так и в нашей работе: если ты подсознательно, где-то в глубине души допустишь мысль, что тебя убьют, то ты почти наверняка погибнешь, так как в решающий момент сработает именно эта мысль о смерти, с которой ты уже смирилась заранее. Тебя скуют страх и неуверенность, покорность судьбе. Сама о том не подозревая, ты дашь убить себя, не защищаясь. Поддавшись замешательству и панике, ты потеряешь жизнь. Почему на учениях у тебя всё идеально, а когда дело доходит до реальных событий, ты вдруг будто всё начисто забываешь? Поэтому, повторяю – прежде всего, собранность и рассудительность. Мы живем ещё далеко не в совершенном мире и часто, особенно при нашей профессии, нам приходится действовать стремительно, чтобы выжить самим и спасти других. Стреляя в человека, который первым напал на тебя и собирался убить, ты не совершаешь такого уж страшного преступления, как убийство безоружного, да и не обязательно его поражать насмерть. Ты просто защищаешься, и так на твоём месте поступил бы любой другой. Неужели в тебе ни капли инстинкта к самосохранению?
Сверхисследовательница молча выслушала нравоучение, успев основательно осмотреть Тибо и Дарда.
- Не знаю, - неуверенно пожала плечами Стелла, подходя к Хоярэ. – Во всяком случае я никогда не смогу стрелять в человека, если он смотрит мне в глаза. Ты скажешь, что это значит, что мой противник сильнее меня морально. И что из того? Возможно, я действительно излишне мнительна в некоторых ситуациях. Но ты, Артур, всегда стреляешь с большого расстояния и не знаешь, чего стоит смотреть в глаза пусть и отпетого негодяя, которого ты собираешься лишить жизни. Трудно убить врага, не испытывая к нему личной ненависти.
- Этого и не требуется. Достаточно парализовать или ранить противника. Только иногда места компромиссам нет и тогда приходится идти на радикальные меры. Но ведь, уничтожив одного злодея, мы вернём спокойствие многим мирным людям. Возможно, спасём много других жизней. А цена, заплаченная за это, того стоит.
- Артур, ты забываешь, что сейчас у меня было не паралитическое оружие, - напомнила Стелла.
- Всё равно, ты должна выстрелить первой, пусть и не на смертельное поражение. Правила хорошего тона, которые ты усвоила с детства, предписывают во многих случаях пропускать тебя вперёд, но если кто-то решил пропустить тебя вперёд себя на тот свет, то это уже плохой этикет. В таких ситуациях есть только ты и твой враг, и лишь один останется победителем. Пойми, я не всегда буду рядом и успею встать на защиту прежде, чем убьют тебя. Ты уже не ребёнок, и не должна в бою рассчитывать на кого-то. Я не раз тебе об этом говорил, но ты продолжаешь совершать одну и ту же ошибку! Стелла, у тебя есть родные и дочь, пускай и приёмная. Помни о них и знай, что если ты ещё хоть раз допустишь подобный промах, то я тебя сразу же выгоню из своей команды. Мне не нужны самоубийцы и философы.