Рэм огляделся вокруг, будто проснувшись после кошмара, и спросил:
- Это был всего лишь мираж, чтобы поиграть у нас на нервах?
- Нет, это нечто большее, чем видение. Безусловно, всё это было создано нам во вред, но ведь с нами сапфиры. Чем больше таких камней, тем лучше. В очередной раз ты мог убедиться, что они способны нейтрализовать аномалии и разного рода происки тизарских колдунов.
- Мне кажется, ещё ни одна иллюзия, виденная мною, не производила на меня такого впечатления и – уж что там скрывать! – не нагоняла на меня такого страха. Никогда не думал, что миражи могут быть столь огромны и правдоподобны. Прямо психологическая атака какая-то.
- На Югеале ещё и не то бывает. Один раз я и мой хозяин угодили в куда более жуткую и нелепую ситуацию. Мы направлялись в Тизар и решили сократить путь. Свернув с безопасной дороги, мы попали на равнину, вроде этой, только поменьше. Я бежал быстро и не предчувствовал ничего плохого, даже сапфиры в тот раз никак не отреагировали на аномалию. И тогда земля стала уходить из-под моих лап. Не успели мы опомниться, как она вообще исчезла. Оказалось, что мы беззаботно следовали по призрачному грунту и в результате оказались на середине пропасти. Мы, разумеется, упали вниз и заработали немало ушибов, а я даже сломал переднюю лапу. Если бы не мой хозяин, я бы, наверное, погиб. Вот так, Рэм. То, через что мы прошли сейчас, ещё не самое страшное, что может случиться.
- А если бы у нас не было сапфиров?
- Тогда бы мы погибли. А так сейчас имели защиту и пребывали в относительной безопасности. Ты же видел, что камни не могли нас коснуться, ведь мы находились в поле действия сапфиров. Стены ущелья сходились, но делали это медленно и так и не сомкнулись до конца, не сумев преодолеть противостояния сапфиров. Будь у нас другие камни, а не сапфиры, мы рисковали бы изрядно пострадать. Если же у нас совсем ничего не было бы, этот мираж убил бы нас не хуже любой действительности.
- Но почему именно сапфиры имеют такую мощную силу? – не понимал Рэм. – Я слышал, что на Тере умершие териане становятся сапфирами.
- Это правда, - подтвердил Зутан, - и югеальцы тоже превращаются в сапфиры, которые становятся не просто крупными и красивыми камнями. Они сохраняют в себе сгусток жизненной энергии и силы. Она достаточно велика, чтобы бороться с отрицательными и искажёнными воздействиями тизарских колдунов, а вернее с тем, что вылезло из разорванных границ времени и пространства. Вообще, Рэм, югеальцы и териане – уникальные люди. Настолько особенные, что если бы другие расы узнали всю правду о них, то людям голубой крови пришлось бы нелегко.
- Что ты имеешь в виду? – насторожился Рэм.
- Нам пора в путь. Хватит лентяйничать, - ушёл от прямого ответа тайжер, и помчался дальше, словно не услышав вопрос Рэма.
Зэрграверянин понял, что Зутан не расположен говорить о способностях и тайнах людей голубой крови, известных ему. Но его весьма заинтриговало то, что имел в виду тайжер, намекнув, что они «уникальные люди».
Впрочем, этот вопрос вскоре отошёл на второй план, так как Рэм сосредоточился на дороге. Впереди вырисовывалось что-то странное. Высокие растения, с пушистыми листьями не давали видеть на большое расстояние, но и тайжер, и человек уловили шум льющейся воды.
- Водопадов тут быть не может – гор ведь нет. Так что же это? – Рэм терялся в догадках.
Зутан тоже ничего не мог сказать по этому поводу, но на всякий случай очень осторожно продвигался вперёд. Через несколько минут лес неожиданно расступился, открыв невероятную панораму глазам путников.
- Вот это да! – восхищенно выдохнул Рэм. - Зутан, ты когда-нибудь такое видел?
- Нет, - покачал головой тайжер.
Перед ними, играя в лучах солнца хрустальными струями, то взлетали вверх, то падали вниз, небольшие гейзеры.
- Это аномалия? – поинтересовался Рэм, и взглянул на камни в своём оружии и украшениях.
- Вроде нет, - доверяясь своему чутью, сказал Зутан.
Впрочем, Рэм тут же потерял интерес к завораживающе-красивой поляне с нерукотворными фонтанами, бившими из земли среди изящных растений, и потом соединявшимися в один ручей. Зэрграверянин стал всматриваться в горизонт, где, как ему показалось, что-то сверкнуло в лучах солнца.
Это «что-то» возвышалось посреди старого редкого леса на берегу маленького пруда в низине. Он имел, как и все водоёмы Югеала, золотистый цвет.