Спираль казалась очень длинной, но взглянув на часы, Рэм увидел, что идёт всего минут десять. Он не знал, как долго ещё может продвигаться подобным образом и будет ли конец у подземелья, однако поворачивать назад не собирался.
Подземный ход привел врача из Группы Риска к круглому помещению. Чем ближе он подходил к этому месту, тем сильней ощущал чьё-то влияние. Кто-то неведомый манил его к себе и заставлял идти всё быстрей.
Подсознательный и безотчётный страх охватил Рэма, доведя его почти до панического состояния, близкого к помешательству. Создавалось впечатление, что кто-то отчаянно звал его к себе и боялся, что человек может уйти.
Рэм хотел закричать, повернуть назад, позвать на помощь Зутана, но не смог ничего сделать. Кто-то управлял его волей, подчиняя своей власти. Это был безмолвный зов чего-то чрезвычайно сильного и одновременно глубоко спокойного, уверенного, что ему подчинится всякий.
Когда Рэм, почти бегом, достиг круглого помещения, он находился на гране нервного срыва и именно в эту секунду всё моментально исчезло. Вернее, существенно ничего не изменилось – и пол под ногами Рэма не рухнул, и потолок на голову не упал, но его психика и воля внезапно резко обрели свободу от таинственного влияния. И всё же, он осознавал, что это случилось вовсе не потому, что его противостояние странному наваждению завершилось успехом. Просто кто-то или что-то выпустило его из-под своего контроля, возможно, дав ему лишь короткую передышку.
Несколько секунд Рэм стоял и приходил в себя, словно человек, который долго плыл под водой и, наконец, уже не рассчитывая на спасение и задыхаясь, смог вынырнуть и глотнуть свежего воздуха.
Первым порывом Рэма было как можно скорее бежать назад, но паника быстро прошла и уступила место рассудительности. Он стал действовать спокойно и хладнокровно. Через минуту весь пережитый ужас и душевные перегрузки казались врачу лишь сном, не оставившим после себя ничего, кроме воспоминаний.
«Твои нервы, Рэм, стали сдавать», - сам себя упрекнул зэрграверянин и улыбнулся своей беспочвенной и глупой панике, которая, без сомнений, была навеяна не более, чем темнотой и незнакомым длинным ходом, по которому он шёл в одиночестве.
Недолго думая, Рэм решил обследовать всё до конца.
От этой круглой комнаты направо и налево вело ещё два хода. Оба были одинаковыми на вид.
Врач свернул направо. Коридор оказался не слишком длинным и кончился у грота, где бил подземный источник с целебной водой. Подойдя ближе, Рэм заметил, как почти из-под его ног что-то внезапно выскочило. Это произошло столь неожиданно, что он опомнился лишь тогда, когда уже стрелял из своего паралитического оружия по зверьку, величиной с кролика. Животное было шустрое, но Рэм в него попал без труда. Подпрыгнув, зверек свалился у довольно большой норки. Она вела, скорее всего, на поверхность и по ней, вероятно, приходили к источнику лечиться животные, обитавшие у храма.
«Да, ты уже не такой сообразительный, как раньше, - упрекнул себя врач. - Ты становишься нервным и, значит, уже не подходишь к службе в Группе Риска, если начинаешь всего бояться и палить по всему живому, что движется. Бедный зверёк, он пришёл подлечиться, а нарвался на такого грубияна, как я. Ну ничего, пусть поспит несколько часов, ему это не помешает».
Посочувствовав несчастному животному и выругав себя, добросердечный Рэм вернулся назад, надеясь, что паралитические заряды не сильно повредят зверюшке.
Левый ход оказался ещё короче правого. Он кончился просторной прямоугольной комнатой, в которой не имелось ничего, кроме потолка, пола и стен. Пыль в расчёт не принималась. Возможно, в давние времена здесь что-то и находилось, но только не сейчас.
Рэм вернулся обратно в круглое помещение, весьма разочарованный тем, что ничего не нашёл. Что ж, по крайней мере, он лично удостоверился, что во Флатуресе ничего стоящего нет. Больше здесь делать было нечего, и он намеревался вернуться к Зутану.