«Как я раньше не догадался, что это имитация. И ни один из них по описанию точно не подходит под Альтаир. Стоило из-за этого влипать в такую историю!» - с досадой подумал Артур, но решил подняться на пьедестал и досконально осмотреть чёрного монстра в поисках возможного тайника.
Как ни старался, он не обнаружил ничего интересного, и ни одной подсказки к какому-либо тайнику. Потеряв время, но убедившись, что искать тут больше нечего, землянин покинул мрачный тизарский храм. Он направился к Дилуэю, который являлся по своему облику полной противоположностью тому зданию, откуда вышел сейчас.
Колвикон увидел, что его спутник цел и невредим поднимается по лестнице. Значит, чтобы ни случилось в том мрачном строении, землянин сумел со всем справиться сам. Присутствие четырёх тизарцев, появившихся тут не так давно, взволновало тайжера, и он уже намеревался ослушаться приказа и пойти на помощь Артуру. Но то, что землянин вышел оттуда один и вполне невредимый, успокоило Колвикона. Он продолжал терпеливо ждать и наблюдать за окрестностями.
Артур вошёл в белый Дилуэй, заворожённый его красотой. Подобные шедевры архитектуры он видел только на Тере, они являлись особенными по своему стилю, их нельзя было ни с чем спутать.
Внутри Дилуэя оказалось очень светло. Тут всё выглядело полной противоположностью находившемуся рядом тизарскому храму. Солнечные лучи, проникая через ажурные стены и крышу, падали причудливыми узорами на безупречно чистый и гладкий пол. Тут тоже оказалось абсолютно пусто. Видимо, тизарцы постарались унести всё, что можно было взять, не задев само строение и не нарушив его целостности. Только около дальней стены кое-что находилось.
Артур, не спеша, боясь нарушить эту немного скорбную и торжественную тишину опустевшего Дилуэя, двинулся в противоположный конец. Там всю стену занимали тяжёлые, но изящные драпировки из ткани, отливающей золотом с пурпурными полосами. Что именно там скрывалось, стоило проверить. Артур не боялся наткнуться неожиданно на очередную нечисть, потому что камни вели себя спокойно и даже аномалий не фиксировали. Но вот встреча с тизарцами была бы очень нежелательна. Не хотелось устраивать в этом прекрасном месте ещё одну стычку с врагом.
Приблизившись к драпировкам, Артур сначала прислушался, потом осторожно, держа в руке стилет, приоткрыл одну из занавесей. Его взору предстал отделённый, словно ширмами, со всех сторон драпировками, прекрасный цветок, созданный руками человека из необыкновенно блестящего голубоватого металла. Изящный стебель и ажурные листья имитировали истинно югеальскую флору. Несколько соцветий были высечены из каких-то бело-лиловых самоцветов, но Артур не смог определить их род. Всё это помещалось на вершине небольшой пирамидки, состоящей из нескольких ступеней.
«Какая прекрасная работа, - подумал Артур, подходя ближе и с опаской посматривая по сторонам. – Но почему это оставлено тут, тогда как всё остальное из Дилуэя исчезло?»
Артур сделал шаг вперёд, но перед самыми ступенями пол вдруг разошёлся под его ногами. Не успев опомниться, землянин полетел вниз и при этом он невольно и почти с ужасом вспомнил про легенду о бездне под Дилуэем. Но это было всё, о чём он успел подумать, так как пропасть, если это конечно именно она, оказалась не такой уж глубокой. Артур приземлился на что-то, если не мягкое, то довольно сыпучее и звенящее. Упав в темноте с высоты метров пять на наклонную плоскость, благодаря которой он не разбился, и прокатившись по ней до самого низа, Артур на минуту потерял сознание.
Когда он пришёл в себя, ощутил под собой холод железа. Это были монеты.
Много монет.
Их явно ощущали его пальцы. Именно они не дали землянину разбиться.
Артур вновь закрыл глаза. У него кружилась голова и ко всему остальному он, наконец, понял, что в бою с тизарцами получил несколько незначительных ран, в основном от задевших его пуль.
Тогда он не придал этому значения, но сейчас они стали причинять боль, и весьма сильную. Лёжа на спине, он пытался взять под контроль свою физическую оболочку и не допустить того, чтобы снова впасть в беспамятство.