Тизар оказался большим и мрачным городом. Невзрачные и некрасивые дома, а также чёрный, зловещего вида замок короля, окутывал мутный туман, похожий на серый дым. Сначала Стелла даже подумала, что просто где-то грандиозный пожар, но запаха гари не чувствовалось. Похоже, это было естественное или временное необъяснимое пока для сверхисследовательницы состояние города. Кругом летали существа, похожие на призраков и духов, весьма свирепы и страшные. Город словно огромное чёрное пятно выделялся посреди яркой и свежей природы Югеала.
Замок короля располагался в северном конце Тизара и был хорошо защищён. С тыла его ограждали высокие острые скалы, с запада – огромное озеро, раскинувшееся до горизонта. Остальная часть вокруг замка была очерчена огненным потоком. Он стекал водопадом со скал и, огибая замок, с крутого обрыва обрушивался в озеро, образуя в том месте большое скопление пара и дыма. Казалось, это течет лава из какого-то вулкана. Но Стелла не усмотрела нигде никаких признаков вулканической деятельности.
У терианки промелькнула мысль о том, как ей хотелось поскорей попасть в Тизар и положить конец всем бедам Югеала. И вот, когда она уже тут, то совсем не рада – так как хотят покончить именно с ней.
За многие тысячелетия тизарский язык частично смешался с югеальским, и Стелла, прислушиваясь, вполне сносно понимала общую суть разговоров, хоть говорить правильно у неё бы пока не получилось. Без помощи браслета-переводчика она смогла уяснить из беседы патрульных, что её везут прямо в королевский замок, и ещё, с почтением и страхом они говорили о Ниурфе. Но, что такое «Ниурф», Стелла не понимала.
Тем временем летающие устройства тизарцев, очень напоминавшие терианке антары, приблизились к огненной черте у замка. Сразу же в воздухе они были встречены агрессивными сущностями. Видимо, это одна из мер охраны королевской резиденции, как определила Стелла. Вот только, слишком уж всё это оказалось злобным и неконтролируемым. Даже патрульные в миг сгруппировались, готовые к обороне, а колдуны принялись за дело. Что-то бормоча и выкрикивая, они пытались не то отпугнуть атакующих людей создания, не то умилостивить и успокоить их. Те, кто не владел магией, а держал в руках оружие, размахивали мечами, пытаясь отогнать тех монстров, которые кидались на них.
«Полный бардак, - оценила ситуацию Стелла, - да они вообще тут ничего, похоже, не контролируют. Видимо, слухи о том, что тизарцы уже теряют власть над нечистью, правдивы».
- Развяжите мне руки! – потребовала пленница, когда один из монстров попытался напасть на неё.
Как бы там ни было, ей должны были в этой суматохе хотя бы предоставить возможность защищаться. Но угрюмый тизарец сам встал под удар, заслонив собой столь ценную пленницу и получив почти смертельную рану.
«Нет, так не пойдёт», - подумала терианка, которая в сложившейся ситуации уже не знала, кому больше сочувствовать: себе или тизарцам.
Заметив, что сейчас всё внимание патрульных сконцентрировано на том, чтобы отбиться агрессивных существ, Стелла приняла решение. Оставаться в плену ей было нельзя, она обязана освободиться, и при этом сбежать так, чтобы все сочли её погибшей. Вариантов для этой затеи имелось не много, вернее – всего один.
Высота полёта составляла около двадцати метров. Терианка осторожно придвинулась на самый край.
У Стеллы немного закружилась голова, но она подумала: «Чем выше, тем лучше. Пусть решат, что я не только сгорела, а и разбилась».
Память сразу же удружила, оказав медвежью услугу: всплыли воспоминания о всех тех случаях, когда ей приходилось падать с большой высоты. Инстинкт самосохранения тут же забил тревогу, пытаясь вогнать её в ступор и взывая не совершать радикальных поступков, которые дорого обойдутся. Решимость на какую-то секунду предательски пошатнулась. Но терианка закрыла глаза и заставила себя не думать о том, что доведётся пережить буквально через минуту.
Когда круг пролетал над широким огненным потоком, Стелла, сидевшая на краю, соскользнула вниз.
Кто-то из патрульных закричал, решив, что она упала случайно или её столкнул один из монстров, но было поздно: Стелла исчезла в огне, даже не вскрикнув. Все пришли к единому мнению, что она сделала это специально, предпочтя смерть плену. Вот только как теперь объяснить потерю столь ценной пленницы королю? Может, вообще о ней промолчать, будто её и не было?..