- Нет, месть. На то время сыну Артура исполнилось два года, а дочь ещё была младенцем. Их звали Роберт и Азалия.
Рэм сразу вспомнил, что Артур в Дель-Дау произносил в беспамятстве именно это слово – Азалия. Да и в задумчивости часто он рисовал цветок с таким названием. Все считали это просто машинальной привычкой землянина и никогда внимания на этом не заостряли.
- Да, Азалия, - подтвердил невозмутимый Мольдеом. – Малышка в то время была слабой и часто болела, а потому Эйранты очень переживали, что она не выживет, не получая должного ухода и внимания. Детей похитили из сада, где в ту минуту за ними присматривала девятилетняя девочка. Её звали Юдифь, она младшая сестра жены Артура. Все трое детей исчезли бесследно, похищение было идеальным. Артур в то время находился на задании на отдалённой планете, а потому Рэйми сам отправился на поиски, поставив в известность ЦМБ. Двумя днями позже жена Артура получила известие, что её муж погиб. А от леруев пришло сообщение, что детей в живых не оставят. Несчастная женщина не вынесла удара и умерла. Рэйми и Нера похоронили её. А вскоре живой и невредимый возвратился Артур. Он тяжело пережил эти утраты. Но несмотря на это, его мать и дед продолжали поиски пропавшей терианской принцессы, их не остановили ни угрозы, ни опасности. Артур же обозлился на никому не известную девочку, которой, возможно, и в живых-то уже давным-давно не было. Именно тогда родилась его ненависть к Стелле, которую он даже ещё не знал. Он не стал больше помогать своим родным в их безнадёжных поисках той, из-за которой в его семье произошло столько трагедий. Но Рэйми зашёл уже слишком далеко и не мог остановиться, его дочь помогала ему всём, чем могла, но вскоре в очередной раз похитили и её. И именно тогда состоялась её роковая встреча со Стеллой. Остальное ты и без меня знаешь. Разумеется, что Артур не мог спокойно смотреть на невольную виновницу всех своих бед. Рэйми, осознавая положение Стеллы, ничего не рассказал ей о трагедии своей семьи, чтобы не возлагать на неё теперь уже бесполезное бремя вины. Артур тоже об этом молчит, хоть ему и тяжело. Вот потому и видеть детей ему так тягостно. Ведь его родная дочь лишь немного старше приёмной дочери Стеллы.
Рэм был потрясён:
- Артур столько перенёс, а мы даже не догадывались. На его бы месте я вообще не смог бы работать дальше, да ещё в присутствии Стеллы, которую нам практически навязал ЦМБ, чтобы мы её негласно охраняли. Но что же с его детьми?
- Это мне не известно. Я лишь могу считать ту информацию, которая есть на тебе сейчас – её отпечаток оставил на тебе Артур, с которым ты не так давно расстался. И не могу ничего знать о тех, с кем ты лично никогда не встречался. Люди, которых ты видел в своей жизни лишь мельком, не отображаются на тебе в виде информации.
- А если ты встретишь Артура?
- Не думаю, что помогу ему. Я не пророк, - покачал своей седой мордой Мольдеом, и повторил: - и не всесилен. Но он не видел больше своих детей – это я точно могу сказать.
Рэм, словно очнувшись, тряхнул головой:
- Довольно. И как ты сумел сбить меня с мыслей и перевести разговор на постороннюю тему? Мне нужно идти.
Врач решительно развернулся и быстро пошёл прочь, но Мольдеом стальным голосом спросил:
- Куда идти? Искать пропавших друзей? Спасать Югеал? Или торопиться к своей смерти?
Рэм остановился и порывисто обернулся, гневно воскликнув:
- А тебе какое дело? Скучно что ли стало? Так поищи другого собеседника! А если нет, то как сидел тут, так и сиди, раз помощи от тебя никакой!
- Не спеши уходить, - посоветовал Мольдеом, хоть и не предпринимал никаких попыток удержать человека силой, даже на его волю никак не влиял. – Разве ты не хочешь забрать то, ради чего пришёл в это покинутое и всеми забытое место? Я дам тебе желаемое, то, что ты ищешь, ведь именно для этого я истратил все свои силы и заманил тебя сюда.
Рэм даже не знал, как ему реагировать, услышав подобное: тревожиться, готовиться к неожиданным последствиям, или сбежать пока не поздно.
- И для чего я, по-твоему, сюда пришёл через полконтинента? – осторожно спросил Рэм.
Мольдеом потряс головой и устало выдохнул:
- Уф-ф…Как же с тобой тяжело, человек. Ладно, раз уж боишься озвучить свои мысли, тогда смотри, не это ли ты искал?
Мольдеом гордо выпрямился, отряхнувшись, и на его шее стало заметно широкое ожерелье, полускрытое в пушистой шкуре. Оно представляло собой золотую ажурную ленту, на многочисленных и длинных подвесках которого были укреплены крупные драгоценные камни. Но в самом центре был вставлен самый мелкий, по сравнению с остальными, но невероятно сияющий самоцвет. Размером меньше, чем кулак Рэма, этот камень был круглым и многогранным.