Покачиваясь от головокружения, вызванного большой потерей крови, терианка подошла к сундуку. Она уже и не помнила, когда последний раз в него заглядывала и по какому поводу, но сейчас с особым интересом открыла скрипнувшую на петлях крышку и осмотрела содержимое. Тут имелась пара красивых, сшитых по-териански сандалий, украшенных чёрным тизарским жемчугом; роскошное, нежное как паутинка серебристое покрывало на голову, в которое можно было завернуться полностью; несколько предметов изящной посуды; симпатичные, но бесполезные украшения из чёрного жемчуга; немыслимо дорогая шкатулка из цельного бриллианта, зеркало в красивой рамке и терианский стилет. Последний предмет лежал на самом дне. Как только сверкнул в полумраке один из камней на его ножнах, Эсфирь слегка вздрогнула и на миг оцепенела. И тут же, без всякого интереса выкинула один за другим прямо на пол все остальные вещи, пока не достала оружие. Едва прикоснувшись к нему, она оцепенела второй раз за последнюю минуту.
Почти с трепетом и непонятным волнением, вызвавшим бешенное сердцебиение, Эсфирь взяла его в руки. В уме у неё носилась только одна мысль: «Как давно это оружие находится тут, и почему я на него раньше не обращала внимания?»
Терианка и правда не смогла, как ни пыталась припомнить, когда и при каких обстоятельствах оно попало в её подземные владения. Но ведь вещь явно была бесценная во многих отношениях. Едва коснувшись ножен, она тут же почувствовала хозяина этого стилета. Он находился очень далеко, потому что клинок был не югеальского происхождения, он с Теры! Эсфирь внимательно осмотрела этот стилет. Древний и невероятно красивый, он был выкован из терианского розового золота. Его ножны и рукоять блистали от разного размера драгоценных камней. Она не разбиралась в них, но розовые, белые и нежно-персикового оттенка, они сверкали, как бриллианты.
- Откуда тут такая роскошь, и почему её отдали мне? Зачем? – задавалась вопросами Эсфирь, совершенно не понимая мотивов тизарских монархов.
Её сбросили в эту темницу в почти нищенской одежде, с самым простым стилетом, сделанным в Тизаре по образцу югеальского оружия. А потом вдруг посыпались такие подарки? С чего бы это?
Ни на один из этих вопросов Эсфирь не могла ответить. Она только понимала, что первое время прожила тут действительно на гране помешательства от безысходности, гнева и бессильной ярости. Поэтому адекватно даже вспомнить всё не могла. Откуда ей было знать, что не только её с Теры на Югеал перетащили серебристые тизарские шары, но и некоторые другие предметы. Эсфирь хорошо помнила только то, что одну из этих вещей в сундук сунула сама: случайно наткнувшись на древний тайник в лабиринте под Дилуэем, она обнаружила там шкатулку из цельного бриллианта, и зачем-то перенесла сюда, но быстро про неё забыла.
Впрочем, долго думать не входило в её привычку. Да и время было не подходящее: Эсфирь спешно собиралась в дорогу.
Зная, что ей нужны силы, она на ходу, бросая в сумку вещи первой необходимости, мимоходом ела немного зачерствевшую лепешку, укоряя мысленно своих тюремщиков, что пора бы уже и свежей еды ей принести. Сильно обременять поклажей терианка себя не собиралась. Однако, в пути запасная обувь могла пригодиться, а потому она взяла одну из пар сандалий. После этого она прикрепила к поясу рядом со своим мрачным стилетом тот, который достала из сундука. Оба теперь она поместила с правого бока, чтобы было удобнее брать левой рукой. Разумеется, с кинжалом тоже расставаться не стала. Все остальные богатые дары тизарцев она проигнорировала.
Эсфирь накинула на себя длинный чёрный плащ, а браслет-сторож положила на стол. Все эти сборы её утомили, но она и не помыслила даже об отдыхе. Правой руки весьма не хватало, но и с одной левой она могла сделать достаточно много.
«Ничего, рука вырастет», - успокоила себя Эсфирь.
Будучи терианкой, она не сомневалась, что потерянная конечность постепенно регенерируется.