Зэрграверянин, убедившись, что Аонкрет уже крепко спит, тихо ответил, задумчиво глядя в звёздное небо:
- Нет. Но мне кажется, этот Тайжер Мольдеом или что-то забыл, или чего-то не знает. Возможно, некоторые события произошли уже после того, как он удалился в уединённое место. Я только понял, что некогда и он сильно нагрешил против закона, по которому он не может идти наперекор воле людей. Призванный служить им, он натворил нечто непростительное, и вдобавок так сказать «отключил планету». Это всё, в совокупности, могло породить самые непредвиденные последствия. Это то, что я смог уяснить из нашего недолгого разговора с Мольдеомом при встрече в Флатуресе.
- Что же тогда происходит? И какой порядок событий недопустимо нарушить? Что имел в виду Мольдеом, предупреждая нас об этом? – терялся в вопросах Артур.
- Не думаю, что сейчас он будет особо полезен в плане помощи. Хорошо уже то, что он смог забрать с собой Лэс и взять её под защиту.
- С этим я согласен. Остальное попытаемся выяснить, когда вернёмся в Дель-Дау.
Артур и Рэм уснули не скоро. Тайжеры и Тибо дремали рядом, и потому все готовы были в случае опасности тут же защищаться.
Эсфирь, невзирая на усталость, не могла даже думать о сне. Её глаза были широко открыты. Лёжа на спине, она невидящим взором смотрела на Герб Югеала в ночном небе.
- Почему ты не спишь? – раздался тихий голос Стеллы, лежавшей рядом.
Беглянка из Дилуэя посмотрела на сестру. Действительность до сих пор казалась ей каким-то странным сном. С тех пор, как она очнулась на Югеале, казалось, прошла вечность. Большую часть этого времени она провела в отчаянии и безысходности, впадая то в гнев, то в апатию. Эсфирь, заточённая в Дилуэе, даже не мечтала о каких-то изменениях в своей жизни и жила только ненавистью и жаждой мести. И вдруг всё так радикально изменилось. События последних дней повергли её в водоворот неконтролируемых событий и поступков, стремительных и опасных. Обретя свободу, Эсфирь даже не имела времени задуматься над будущим. Но вот теперь, прикованная наручниками к родной сестре, которую даже во сне не надеялась увидеть, она пыталась дать оценку своей жизни. Вынужденная бездействовать, Эсфирь взглянула на себя со стороны.
- У тебя что-то болит? – услышав рядом тихий стон, обеспокоенно осведомилась сверхисследовательница, приподнявшись на локте и всмотревшись в лицо Эсфири.
- Нет, всё в порядке, - прошептала та.
- Я знаю, что обидела тебя, - Стелла приподняла свою руку, показав запястье, к которому крепился браслет с невероятно прочной, хоть и тонкой цепочкой. – Но я не могу допустить, чтобы ты опять скиталась одна, а тем более в таких опасных местах.
- Я всегда была одна. Ты не должна чувствовать себя виноватой. В конце концов, все преступники должны понести своё наказание. Чем я лучше остальных?
- Неужели ты думаешь, что я отдам тебя в руки закона? – ужаснулась Стелла, угадав мысли сестры.
- А разве нет? – с горечью слегка скривилась в полуулыбке Эсфирь. – Ты ведь хочешь вернуть меня на Теру?
- Да.
- Значит, я попаду под суд.
- Нет, этого не будет!
- Стелла, ты же служитель закона. Не будь наивна. Одинокого Убийцу не помилуют, ведь я совершила не одно преступление. И все они были намеренными и спланированными.
Сверхисследовательница что-то простонала, видимо и сама, не отдавая себе полного отчета в том, что делать с Эсфирью дальше.
- Я понимаю, что ты тревожишься за меня, но при любом исходе дела, мне нельзя вернуться в ОПМП, - после некоторого молчания продолжила Эсфирь.
- Так что же ты предлагаешь?
- Отпусти меня.
- Что? Оставить тебя здесь? Одну?
- Я всегда была одна. Не о чем переживать. Но тебе и остальным так будет легче. Вы вообще не должны были узнать обо мне.
- Тогда почему ты увязалась за нами? Постоянно была рядом, помогала, когда нас атаковали враги, и даже привезла шкатулку для Лэс из Дилуэя. Разве это не говорит о том, что мы тебе не безразличны? Какие цели ты преследовала?
Эсфирь беспокойно заёрзала на своём месте, ей не нравилось, что ей приписывали какие-то заслуги, а потом ответила:
- Изначально я только хотела разыскать тебя и помочь выбраться из Тизара, и отомстить, если вдруг тебя уже нет в живых. Потом, если получится, планировала защитить Нейман.