- Что ж, прекрасно! Но я тогда и пальцем не пошевелю, если меня будут убивать.
- Это угроза? – Артур с вызовом посмотрел на неё сверху вниз.
- Понимай как хочешь! Месть – это дело чести! Но раз уж вы ограничили мою свободу, я не стану держаться за жизнь. Или отпустите меня, или пеняйте потом на себя.
Стелла поспешила вмешаться в эту перепалку между командиром и сестрой:
- Артур, я беру на себя обязательство по её защите.
- Ну-ну, посмотрим, как у тебя это получится, - сказал сверхисследовательнице землянин, и отошёл в сторону.
Эсфирь проводила его гневным непримиримым взглядом.
- Пожалуйста, успокойся, - попросила её Стелла. – Какая муха тебя укусила?
- Вы что не понимаете, что я живу ради мести? А долина Мэарин, она просто кишит сейчас тизарцами.
- И что? Эсфирь, ты разве не понимаешь, что это зона огромного и бессмысленного риска для нас? Там собрались не просто люди, да ещё вдобавок действует какое-то сильное древнее заклятие. Зачем испытывать судьбу? Нам нужно быстрее вернуться домой. Вот что сейчас важно. Поэтому, даже не думай сбежать. Если надо, я жизнью пожертвую, но доставлю тебя домой. Второй раз не позволю тебе умереть.
В печальном взгляде сверхисследовательницы Эсфирь прочла давнюю боль. Да, ведь той роковой ночью на Тере её убили на глазах у Стеллы.
Рэм, подойдя к терианкам, чтобы убедиться, что они не поранены, произнёс:
- Не переживай, Эсфирь. Расценивай это как отсрочку своих планов и успокойся. Месть – это блюдо, которое едят холодным. Вот поэтому, для начала остынь.
Врач улыбнулся и отошёл в сторону, а пленница проводила его испепеляющим взглядом, но ничего говорить не стала.
На какое-то время Эсфирь угомонилась, но все чувствовали, что это явление временное. Группа Риска особенно хорошо понимала, что коварная терианка может устроить даже им какой-нибудь неприятный сюрприз, ради того, чтобы вырваться на волю.
Во второй половине дня, успешно покинув окрестности долины Мэарин, путники добрались до горного массива. Отыскать место встречи, где их должны были ждать Касаг и Изабелла, не составило труда. Изнывавшая от ожидания королева Альдеруса, чуть не плакала от радости, так как не могла успокоиться, оставаясь одна в окружении квенранцев и пытаясь держаться поближе к Пиаме, которой верила больше, чем людям. Касаг тоже испытала большое облегчение, у неё будто камень с души упал, когда она увидела, что брат добрался живым и почти невредимым.
Поблагодарив квенранцев за помощь, пришельцы не стали терять много времени на отдых и отправились дальше, дав обещание, что вернут Касаг и Аонкрета на это же место. Дети последнего тизарского короля хорошо понимали, что не могут сказать своим союзникам, когда именно вернуться. Однако, квенранцы намерены были терпеливо ждать их тут. Их больше всего тревожили только две вещи в этом путешествии: угроза разной нечисти, поселившейся в некоторых подземных территориях, и присутствие той, которая до недавнего времени была стражем Дилуэя, нагоняя ужас на всех тизарцев. Вот последнюю они опасались больше, чем других врагов. И только то, что Эсфирь постоянно была привязана наручниками либо к Стелле, либо к кому-то из тайжеров, несколько успокаивало квенранцев.
Сумерки, постепенно сменившиеся мраком, встретили путешественников уже у самого входа в подземелья. Стало значительно прохладнее. Рэм, перестав то темнеть, то светлеть, наконец, обрёл свой естественный цвет кожи. Всё указывало на то, что теперь не скоро все увидят солнце и яркую растительность. Начинался опасный путь в Дель-Дау через лабиринты и многочисленные подземные долины разных размеров.
Люди запаслись факелами, так как фонари в часах Артура и Рэма могли в любую минуту отказать. Касаг и Аонкрет с особенным трепетом смотрели вокруг. Ведь они никогда не видели Югеал с этой стороны. Стелла выглядела достаточно спокойной, ведь ей уже довелось побывать в подобных местах, а Эсфирь вообще не выражала никаких эмоций, как будто ей было абсолютно всё равно, куда они направляются и что её окружает.
Зутан взял на себя роль проводника. Только он, обученный тонкостям ориентировки в подземных локациях Югеала, мог лучше всех определить, куда идти, а куда не следует.
Тайжеры шли шагом, не торопясь. Тишина, отсутствие даже ветра, несколько нагнетало обстановку, особенно в тех участках, где тьма была кромешной.