Казимира, Казимира,
Ты мне семью разорила.
Ишь, распелась, как Жар-птица,
Растревожила гарем!
Я, конечно, дал свободу.
Но отнюдь не для разводу,
А чтоб еще тесней сплотиться.
А ты думала — зачем?
Казимира, Казимира,
Ты меня прям изумила.
Ты, наверно, возомнила.
Казимира, о себе?
Ну, конечно, возомнила:
Вон как быстро все забыла.
Чего, честно, Казимира,
Не скажу я о себе.
Я не Йоська с Риббентропкой
И не Ленечка с Андропкой:
На трех стульях одной попкой
Усиди, едрена вошь!
Очень трудное сиденье!
И скажу тебе, Прунскенья,
Что от нового мышленья
Помаленьку устаешь.
Так что завтра вам, заразам.
Нашим княжеским указом
Отключаю воду с газом.
Подавляя тяжкий вздох.
Казимира, Казимира!
Ну, ты, наверно, сообразила,
Что ты сама себя казнила,
А я делал то, что мог
А что мог, то я и делал.
По-другому не умею.
Не учился никогда…
А иного не дано.
Из пьесы «Московские кухни»
(Из недавнего прошлого)
ПРОЛОГ
Чайхана, пирожковая-блинная,
Кабинет и азартный притон,
И приемная зала гостиная.
По-старинному значит — салон,
И кабак для заезжего ухаря,
И бездомному барду ночлег, —
Одним словом, московская кухня:
Десять метров на сто человек!
Стаканчики граненые.
Стеклянный разнобой.
Бутылочки зеленые,
С той самой, с ей, родной.
Ой, сколько вас раскушано
Под кильку и бычка
И в грязный угол сгружено
На многие века!
Стаканчики граненые,
А то и с коньячком!
Ой, шуточки соленые
Об чем-нибудь таком!
А трубочно-цигарочная
Аспидная мгла!
А «Семь сорок» да «Цыганочка» —
Эх! Ну-ка, хором и до дна!
Эх, раз. еще раз!
Лехаим, бояре!
Да, бывало, пивали и гуливали.
Но не только стаканчиков для
Забегали, сидели, покуривали.
Вечерок до рассвету продля.
Чай, стихов при огарке моргающем
Перечитано-слушано всласть.
Чай, гитара Высоцкого с Галичем
Тоже здесь, а не где, завелась.
Чай да сахар, да пища духовная.
Но еще с незапамятных пор
Найпервейшее дело кухонное —
Это русский ночной разговор.
Где все время по нитке таинственной.
От какого угла ни начни.
Все съезжается к теме единственной.
Словно к свечке, горящей в ночи:
— Россия, матерь чудная!
Куда? Откуда? Как?
Томленье непробудное,
Рывки из мрака в мрак…
Труднее и извилистей
Найдутся ли пути?
Да как же: столько вынести
И сызнова нести!
О «черные маруси»!
О Потьма и Дальстрой!
О Господи Исусе!
О Александр Второй!
Который век бессонная
Кухонная стряпня…
И я там был,
Мед-пиво пил,
И корм пошел в коня.
РУССКИЙ НОЧНОЙ РАЗГОВОР
«Россия, Россия, Россия» — ну прямо шизофрения!
«Россия. Россия, Россия» — какой-то наследственный бред!
Ведь сказано было, едрена мать:
«Умом Россию не понять,
В Россию можно только верить».
Или нет.
— А я поверить рад бы, но из газеты «Правды»
Не вижу я, во что же мне верить, сэр!
Религия ликвидирована, крестьянство деградировано,
А вместо России — Эресе-Эфесе-Эр?!
Но я не могу любить аббревиатуру.
Которую я не. в силах произнести!
— Отдай народу землю, отстрой ему деревню —
И завтра все воскреснет на Руси!
— Никита так и начал, да бес его подначил.
— А этому, с бровями, вообще на все начхать!
— Земля землей, а ты сперва подай мне главные права —
Вот вам «что делать» и «с чего начать»!
— Отдай народу землю — и он ее пропьет!
— Как будто раньше меньше пили, что ли!
— Сначала давайте условимся, что такое «народ».
— Ну-у. это не просечь без алкоголя!
— А раньше, между прочим, меньше пили!
— Ребята! Кончайте вы этот базар!
— Зачем Столыпина убили??!!
— Всё!
— Всё!
— Всё Достоевский предсказал.
ДЖАН-ДЖАН
Вадим и Илья принесли гитару и пошли дурачиться.
Один изображает «Леню», другой — «Осю».
И снился Лене дивный сон
И явственный как быль:
Что будто бы танцует он
Со Сталиным кадриль.
Спокойно так, солидно.
Хотя и не того…
Немного вроде стыдно…
Но в общем ничего.
Оба
Джан, джан, джан,
Джан, джан, джан,
Дунем-плюнем, в рот засунем
Целый баклажан.