— И, все равно, я не буду шить из этого! — упрямо твердил Валерий.
— Вот иди к Вяземскому, и сам скажи ему об этом. А я не самоубийца. Пойми, Валера, мы вынуждены считать деньги!
— А что, «QUIN STYL» на грани разорения? Почему мы не можем закупить эти ткани?
— Типун тебе на язык! Что ты такое говоришь, в самом деле! Просто вещи, из этой коллекции, смогут позволить себе купить считанные единицы женщин. Я их по пальцам могу пересчитать.
— Ну и что?! Я всегда создаю только эксклюзивные модели.
— Это беспредметный разговор, Валера. Ткани по такой цене, мы покупать не будем!
Юля постучалась и вошла.
Мужчины прервали спор.
— Здравствуйте, Валерий. Привет, Кирилл Сергеевич.
— Привет. А почему это, интересно, он — Валерий, а меня по имени — отчеству?! — возмутился Казанова, пожирая девчонку глазами. — Сколько раз я тебя просил, Юля, называй меня по имени.
Казанцев обладал очень живым воображением. Он в красках представил себе, что делал ночью его друг с этой девочкой, и брюки стали ему тесны.
— А, что это ты так уставился на неё? — подозрительно спросил Ростов, глядя, как откоровенно, разглядывает Казанова девушку.
— Проходи, деточка, — он взял Юлю за плечи. — Садись.
— Хорошо, я сам поговорю с президентом, — сказал дизайнер, обращаясь к Казанцеву.
Кирилл поспешно вышел.
— Блин, а чего это я так завелся? — думал он, шагая в сторону своего кабинета.
Войдя в приемную, он взглянул на свою секретаршу.
Девушка стояла у стеллажей и раскладывала в папки документацию. Строгий офисный костюм, только подчеркивал сексуальность Галочки. Короткая юбка не скрывала, стройные, длинные ноги девушки в туфлях на высоких шпильках.
Он подошел к Галочке и обнял её за талию.
— Пойдем-ка, со мной, крошка.
Кирилл завел её в кабинет. В замочной скважине повернулся ключ…
Юля тоже заметила, что Кирилл, очень странно смотрел на неё, но не придала этому значения.
Ростов, напоил её зеленым чаем и стал расспрашивать о здоровье деда.
Юлька ему все подробно рассказала.
— Ох! — сокрушался Ростов. — Бедный Ефим! Сегодня же его навещу!
Юля сказала, что в реанимацию кроме родственников, никого не пускают.
Ничего, меня пустят, — заверил её Валерий.
Он еще её о чем — то расспрашивал, но Юлькины мысли витали в другом месте.
Она думала о том, что Григорий обещал зайти к ней, но его до сих пор не было.
Наконец, она решилась спросить у дизайнера.
— Валера, а что, Гриши нет в компании?
Все в «QUIN STYL» знали, что только Юльке позволялось называть президента по имени. Да, ещё — Казанцеву. Поэтому Валерий, ничуть не удивился.
— Зачем, — ответил Ростов, — он у себя в кабинете. Просто, у него сегодня дел полно. Он очень занят. Хотя для тебя, я уверен, он найдет свободную минутку. Сходи к нему. А то, он сегодня, какой-то нервный.
Юля вошла в приемную Вяземского.
— А! Юлька, проходи, садись, — приветствовала девушку секретарь президента. — Посиди тут, пока. Григорий Петрович занят, но скоро должен освободиться. Может, хоть ты, поднимешь ему настроение. А то, он сегодня кидается на всех как тигр! Ужас! Ты не знаешь, что это с ним?
Юлька пожала плечами и подумала про себя:
— Он, наверное, корит себя за то, что произошло сегодня ночью. Мучается угрызениями совести. Бедненький! Он даже не представляет, что он сделал для меня! Он возродил меня к жизни. Заставил почувствовать её вкус. Открыл для меня чудесный мир, под названием любовь! Без него, я бы никогда этого не узнала. Сейчас я войду к нему, и сделаю все, для того, чтобы доказать ему, что я больше ничего не боюсь. И скажу ему, что очень люблю его!..
Из кабинета Вяземского вышел посетитель.
— Григорий Петрович, — сообщила президенту Наташа. — К Вам Юля пришла.
Вяземский сам вышел в приемную.
— Привет, малыш. Проходи. — он, пропустил девушку вперед.
— Наташа, — обратился он к секретарю. — меня ни для кого нет. Можешь сходить посплетничать, но недолго. У нас еще дел полно.
Наталья ушла. Вяземский вошел и закрыл дверь на ключ.
… После разговора с Казанцевым. Григорий беспрестанно думал о Юле. Мысли о юной девушке, лежащей в его обьятиях, доводили молодого мужчину до исступления. Он страстно, просто мучительно хотел её! Но у него, даже минутки свободной не было, чтобы заглянуть к ней и хотя бы поцеловать. Поэтому, он злился и нервничал, с нетерпением ожидая, когда же наступит вечер, и они с Юлей, снова поедут к нему.