- Маш, я не буду скрывать, что не очень рада нашей встрече. Я еще не успела по тебе соскучиться…
- Ой да ладно, вместе веселее!
- Маш, не уверена, что здесь в принципе предполагается веселье, лично я так настроена, что это будет печальный и нудный опыт в моей жизни.
- Юль, перестань, для тебя все печально и нудно, начиная с учебы…
- Кстати об этом! Давай до сентября не будем вспоминать учебу? Это моя настоятельная просьба.
С этими словами Юлька стала быстро переодеваться в мешковатый камуфляжный костюм, обула бутсы, ну хоть обувь по размеру… Сменив обычную одежду на форму оставила Машу в гордом одиночестве и растерянности, вышла на улицу, чтобы познакомится с территорией лагеря.
Со всех сторон стекались новоприбывшие парни и девушки, причем парней было в разы больше. Тут были и сильные рослые качки и откровенные хлюпики, которые только выползли из-под крыла мамочки. Мамочка… Вспомнив Ирину Юлька затосковала, до сих пор ее не покидало чувство предательства. «Это как когда маленького ребенка в ясли отдают… Несколько лет маленький человек живет с полным ощущением того, что мама – это все, это целая вселенная, это пища, это защита и прочее. И вот в один прекрасный момент этого маленького человека «отдают» чужой тетке – в сад! Взрослые называют это милым словом «Садик»! Но для ребенка это первое и потому самое страшное предательство.»
Юлька улыбнулась своим мыслям и таким сравнениям, ей-то уже не три годика. А все равно гадкое ощущение того самого предательства…
С этими мыслями Юлька бродила по территории лагеря. Прежде всего обошла их барак и обнаружила уличный туалет… Зашла и зажала сразу нос от невыносимого запаха, который ни с чем не спутаешь, даже глаза заслезились. Каменные стены, несколько дырок в полу, перегородки – ну на этом хоть спасибо! На наружной стене красовалась буква «Ж». Юлька выдохнула, вылетев на улицу, в голове роились мысли о том, что так хотелось уже домой… Душа, даже уличного, ей не удалось обнаружить, зато недалеко от их жилища красовалось место для костра, среди кирпичиков было множество углей и зола, оставшиеся от предыдущего пребывания, рядом стоял сколоченный из досок короткий стол, видимо для приготовления пищи и длинный такой же деревянный стол под навесом с двумя лавками по обеим сторонам. Ага – значит это импровизированная «столовая». Здесь же, неподалеку, красовалась большая желтая бочка с надписью «Вода». Немного в глубине леса между несколькими соснами были натянуты бельевые веревки с прищепками, здесь же стояли металлические тазы с какими-то досками с небольшими выступами на металлических пластинах. Что это? Юле было невдомек, что это импровизированные «стиральные машины», с которыми ей предстояло в скором времени познакомиться. Блуждая по этому огороженному лесу дальше, она увидела какие-то площадки, оборудованные лестницами, деревянными щитами с большими отверстиями, мостиками, ямами. Что это? До нее медленно доходило, что это «полоса препятствий», которую преодолевают псевдосолдаты. Вся эта красота располагалась в самой глуши соснового леса, однако Юлька гуляла пару часов, пора было возвращаться, вдруг в лагере началась какая-нибудь армейская движуха…
Вернувшись, Юлька обнаружила Машу, которая испуганно сидела на кровати, обняв колени.
- Маш ты чего? – и тут у Маши из глаз хлынули слёзы, - ты чего, дурёха?
По протяженной комнате уже сновали другие девушки, все они были разные, высокие и не очень, красивые и страшненькие, но всех их объединяли схожие черты. Все были одеты в камуфляж, волосы были забраны или заплетены в косу, одна Юлька оставалась с распущенной черной шевелюрой. Маша была ей по определению не приятна, но слёзы девушки тронули Юлю, она продолжала рыдать.
- Да что случилось-то? Ты расскажешь? – Юля присела к ней на кровать и обняла за плечи.
- Я есть хочу…- прошептала девушка, - я тут, наверное, не выдержу…
- А ну перестань! Подумаешь, есть охота… Пошли пройдемся со мной, развеешься, нашла, о чем плакать… - хотя тут Юлька припомнила, что для Маши в принципе было свойственно постоянно что-то жевать и хомячить, даже на парах она по-тихому грызла сушки. Юлька мысленно согласилась, что Маше будет здесь очень сложно.
Юлька попробовала еще раз утешить девушку, но та все отчаяннее плакала. Тут в дверях появился какой-то высокий молодой мужчина в форме и скомандовал: