Тут Юля решила, что раз уж зашла так далеко, то должна действовать напролом. Собрав остатки смелости, девушка начала стаскивать с себя одежду. "Ну, раз он этого втайне хочет, то пусть берет! - думала она сквозь слезы. - Может, тогда он, наконец, подарит мне этот чертов Айфон!"
Дрожащими руками Юля скинула с себя платье и посмотрела на свое бельё. Дорогого белья у нее не было. В общаге она надела самые новые голубенькие трусики и голубой лифчик… Правда, они были из разных комплектов, но это было лучшее из возможного. Девки бы ее точно обсмеяли, поэтому советоваться она не стала, Трусики были самые новые… чтобы Арсену Ивановичу не показаться совcем уж оборванкой…
..А теперь - какой во всем этом смысл? Она расстегнула лифчик, швырнула его в сторону, стянула трусики и осталась полностью обнаженной. Зажмурилась и, дрожа всем телом, вышла обратно в комнату, где сидел ошарашенный Арсен Иванович.
Старый ученый, до этого момента пытавшийся прийти в себя, и выпить, наконец, свой чай, чуть не подавился, когда увидел Юлю в таком виде. Он тут же попытался вскочить с стула, расплескивая чай по всей своей рубашке и упал на стул обратно.
- Что вы делаете, Юлия?! - воскликнул он, пытаясь отвернуться. - Прошу вас, оденьтесь немедленно!
Но Юля, не слушая его, подошла вплотную и села прямо ему на колени. Она смотрела на Арсена Ивановича умоляющим взглядом, надеясь, что на этот раз он, наконец, поймет ТАКОЙ намек.
- Пожалуйста, профессор... Я на все готова, лишь бы вы подарили мне айфон, - всхлипнула она. - Я знаю, что я некрасивая, но я постараюсь сделать все, чтобы вам понравиться...
Арсен Иванович был в полном замешательстве. Он никак не ожидал, что скромная Юля может вести себя настолько дерзко и откровенно. Он лихорадочно пытался сообразить, как ему реагировать, попутно борясь с волнением, вызванным близостью этой обнаженной девушки.
Взгляд невольно скользнул по упругой груди, и дальше вниз по аккуратному животику и коротким волосикам, явно подстриженным…. ..специально ДЛЯ НЕГО??
*****
Арсен Иванович почувствовал, как его сердце готово выпрыгнуть из груди. В голове роилось столько противоречивых мыслей, что он не знал, что и думать. С одной стороны, он понимал, что происходящее недопустимо - как он, пожилой ученый, может позволить себе воспользоваться такой юной и наивной девушкой? Это было бы чудовищно и безнравственно.
Но с другой стороны, Арсен Иванович не мог отрицать, что в глубине души он и сам давно испытывал к Юле некие волнующие чувства. Он восхищался ее естественной красотой, ее простотой и искренностью. И сейчас, когда она сидела перед ним такая открытая и доверчивая, он чувствовал, как весь его самоконтроль рушится.
"Господи, да ведь я сам этого хотел! - в ужасе осознал Арсен Иванович. - Все эти недели, с тех пор как увидел Юлю в лаборатории, я лицемерил, убеждая себя, что она для меня - просто ребенок. А на самом деле я мечтал о ней, представлял ее обнаженной... Какой же я трус и лицемер!"
Он вспомнил, как всегда отводил взгляд, когда Юля мельком появлялась в лаборатории, боясь, что выдаст себя. Как изо всех сил старался держать дистанцию, давая себе установку, что она слишком молода и наивна, чтобы иметь с ней что-то общее. Но теперь, когда Юля сама пришла к нему, он понял, что все это было просто отговорками.
Арсен Иванович почувствовал, как его щеки горят от стыда. Ведь он, человек, который всегда гордился своей честностью и принципиальностью, оказался самым худшим образчиком лицемерия. Он так осуждал подобное поведение в других, а сейчас прячет от себя свои самые постыдные, и такие сладкие!.. ..желания.
Глядя в умоляющие глаза Юли, он больше не мог себя обманывать. Да, он хотел ее - всем сердцем, всем существом. И сейчас, когда она, доверившись ему, сама пришла к нему, он понимал, что должен быть с ней предельно честным. Юля заслуживала не лжи и ханжества, а искренности.
Собрав всю свою волю в кулак, Арсен Иванович отбросил терзавшие его сомнения и притянул Юлю ближе. Ему больше не нужны были никакие оправдания - он просто хотел быть с ней. И неважно, что скажет общество. В этот момент для него существовали только они двое.
*****
Арсен Иванович крепко притянул Юлю к себе, уткнувшись лицом в ее волосы. Он чувствовал, как все его существо пылает от стыда и одновременно от почти невыносимого желания. Столько лет он, глядя на молодых девчонок, подавлял эти чувства, обманывая себя, что это неправильно, недопустимо. Но теперь, когда появилась Юля, когда она сама пришла к нему, все шаткие барьеры разом рухнули.