Глубоко вдохнув, директор произнесла:
— Что ж, спасибо Поппи. Я найду способ к нему пробраться. Я думаю он сможет нам все объяснить. До скорого. — сказала МакГонагалл и удалилась.
— До скорого… — в смятении произнесла Помфри и продолжила ухаживать за Гермионой.
Комментарий к Тяжелая ситуация. (Глава 8)
Пишите отзывы, автору очень интересно ваше мнение!:з
========== Долг жизни. (Глава 9) ==========
После той ночи прошло 3 дня. У Северуса был закрыт камин и комнаты, и никто не мог выяснить, что с ним происходит. Гермионе стало только хуже, раны совсем не затягивались, а температура и каждодневный бред, кажется сводили ее с ума. Мадам Помфри ни на секунду не отходила от больной, и постоянно заливала в нее всё новые зелья, которые уже подходили к концу, а Минерва МакГонагалл каждый день навещала Гермиону, в надежде на ее исцеление. В то же время она старалась попасть в комнаты к Снейпу, но попытки ни к чему не приводили, она не удостаивалась даже ответа. Конечно, она могла взорвать комнаты бомбардой, но к этому методу приходить пока не хотелось. Гарри, Рон, Джинни и даже Драко, навещали Гермиону каждый день. Конечно мадам Помфри регулярно отгоняла их от ее постели, и грозилась больше не пустить в Больничное крыло, но друзья не могли не приходить и пару раз даже ходили в Больничное крыло под мантией-невидимкой, лишь бы провести время с Гермионой. Они все очень переживали за нее, а ее ухудшающийся вид, и разочарованные вздохи мадам Помфри не могли не пугать.
К вечеру третьего дня все же произошло удивительное. Профессор Снейп вышел из своих комнат, когда пробил секундантский час для учеников. Пройдя незамеченным прямиком к Больничному крылу, он остановился перед его дверями, но уже через несколько секунд зашел туда уверенным шагом. Завидев его из далека, мадам Помфри бросилась к нему навстречу.
— Северус, я уже и не чаяла надежды дозваться тебя! Где ты был? Почему перекрыл двери и камин?
— Здравствуй, Поппи. Как себя чувствует мисс Грейнджер? — спросил Снейп, проигнорировав вопросы медсестры.
— О, Северус, с каждым днем ей все хуже…
— Где она?
— Иди за мной.
Проследовав к отдельной комнате для тяжело больных, колдомедик отодвинула ширму, и взору профессора предстала далеко не самая приятная картина. Гермиона была в бинтах, пропитанных кровью.
— Последний раз, я меняла ей их два часа назад.
— Лишь два часа?
— Да.
Лицо Снейпа, было похоже на непробиваемую маску безразличия, но глаза, отражали ужас и желание помочь. Достав палочку, он стал магией разматывать бинты. Его глазам предстали многочисленные ожоги и раны, он лишь немного выдохнул, когда увидел, что лицо Гриффиндорки было мало повреждено, а зрению не угрожала опасность, и лишь губы были похожи на страшную рану. В это время с ее губ сорвался первый болезненный стон, а за ним еще и еще, с нарастающей силой.
— Тише, тише… — моментально развернувшись, он призвал из шкафчика с зельями обезболивающее. Со страхом навредить еще больше, он с большой осторожностью приоткрыл ее рот, и влил некоторое количество зелья. Через пару минут стоны стали тише, а потом и вовсе прекратились.
— Мне нужно забрать ее к себе. Иначе ей будет лишь хуже. И она не выживет.
— Но… Но ты же знаешь, я не могу так просто распорядиться этим… Надо узнать…
— Ты хочешь что бы она умерла? Хочешь утром обнаружить ее бездвижной и холодной на этой койке?
— Нет, но…
— Тогда я заберу ее к себе.
— Ну… Ну хорошо Северус…
Воспользовавшись заклинанием мобиликорпус, Снейп поднял ее тело с кровати и понес перед собой.
— Северус, — он повернул голову к мадам Помфри. — спасибо… И, я верю в тебя.
Сухо кивнув, профессор, с телом Гермионы, плывущем по воздуху, вскоре вышел сквозь двери Больничного крыла, и удалился, в направлении подземелий.
***
Добравшись до своих покоев, Северус уложил Гермиону на свою кровать (сам он пока решил поспать на диване) и стал обследовать ее раны.
— Глупая девчонка. Зачем нужно было бросаться прикрывать меня? Я в любом случае получил бы меньше ранений, да и кому меня будет жалко? Ох уж эта Гриффиндорская храбрость. Безрассудство! Глупость, да и только. А теперь у меня перед ней еще и долг жизни. Как будто остальных было мало… Нет, я бы в любом случае помог ей, но почему снова эта кабала? Хотя что я удивляюсь, пора бы уже привыкнуть…
///
(2 дня назад.)
— Северус, прекрати убиваться, соберись, ты ведь знаешь, что она сама этого не хотела, мой мальчик — как-то по-отцовски произнес с портрета Альбус. Он порой заглядывал на свой маленький портрет, на полке, в покоях Снейпа, что бы присматривать за ним. И сейчас он тоже был здесь, ведь никакие закрытые камины и комнаты не могли его остановить.
— Что вы понимаете, Альбус? — отчаянно произнес он.
— Я понимаю тебя, Северус.
— Нет, совсем нет! Я снова принял в свою жизнь кого-то, живое существо, и в этот раз это был даже не человека и снова остался ни с чем!
— Она не хотела этого, поверь. Она полюбила тебя, такого, каким ты ей открылся. Я знаю.
— Что? Еще скажите, что знали об этом с самого начала!
— Ну… — немного замешкавшись Дамблдор продолжил. — Ну не с самого начала, но знал, прости.
Несколько минут прошли в молчании.
— Вы жуткий человек. И я никогда вас не прощу. Знайте, НИКОГДА. Почему нельзя было рассказать?
— Потому что…
— Ай! Даже не отвечайте, опять я услышу эти бессмысленные слова, что так лучше и это всем на пользу.
— Они вовсе не бессмысленные. — насупившись, произнес бывший директор.
Он собирался уже уходить, но перед тем как исчезнуть, сказал:
— Но она спасла тебе жизнь. На том уроке Зельеварения. Закрыла тебя собой. И ты понимаешь что это значит. — проговорил Альбус, и в следующую секунду исчез. Оставшись один, Северус взвыл.
///
— Да, долг жизни…
Обследовав раны Гермионы, Снейп принялся за изготовление мощных зелий, обладающих куда большим эффектом, чем остальные. Время от времени она начинала стонать, и ему приходилось прерывать процесс, что бы следить за ее состоянием. Изготовив усиленное ранозаживляющее и обезболивающее, он по очереди влил их Гермионе в горло. Следующие несколько часов он следил за ее состоянием, но не обнаружив положительных изменений он призвал из лаборатории универсальное зелье, действующее против всех ядов, и также влил ей его необходимое количество. Через несколько часов зелье подействовало, правда немного, оно лишь сбило температуру на пару градусов, но даже такие изменения были весомыми. Влив ей еще одну дозу этого зелья, Северус скрылся в лаборатории. Проведя некоторое время в раздумьях, он внезапно встал и аппарировал в класс Зельеварения. (Как у бывшего директора, у него оставались некоторые привилегии.) Как он и предполагал, после того урока в класс никто не заходил, а куски взорвавшегося котла с неверным зельем, были разбросаны по классу. Подняв один обломок, Северус рассмотрел его, и положил, в прихваченный с собой, пакетик. Собрав еще несколько кусков котла, с присохшим к нему зельем, он покинул класс, аппарировав в свою лабораторию, где принялся за изучение собранного материала и изготовление антидота.
Комментарий к Долг жизни. (Глава 9)
Пишите отзывы, автору очень интересно ваше мнение!:з
========== Хочу забыть. (Глава 10) ==========
Прошло уже 2 дня. После изготовления антидота, который оказался совершенно легким в приготовлении, Гермиона стремительно пошла на поправку. Первый день Снейп следил за ее состоянием, вовсе не отходя от ее постели, даже не давая себе времени перекусить. На второй день, после того как она пришла в себя и начала мучить его вопросами, он поспешил ретироваться и дать себе время отдохнуть. Когда он обедал принесенной домовиками едой, из спальни послышался вскрик. Мысленно взвыв, от того что даже не может нормально поесть, он отложил поднос и направился в спальню. Зайдя туда, он увидел Гермиону, лежащую на своей кровати. Недоумевая, он подошел к ней ближе, и увидел, что она плачет. Услышав его шаги, она резко обернулась на него и запахнула расстегнутую ночную рубашку, рукой смахнув слезы.