— Непременно, — кивнул Матвеев, после чего пожал руки всем присутствующим, не погнушавшись даже Беньямином и Вахрамеевым, и потрепал своего несостоявшегося стажера по плечу.
— Поздравляю вас еще раз, господин Колычев, — едва ли не первым так официально и на законных основаниях обратился к Марту каперанг. — И не забывайте, Мартемьян Андреевич, — с заговорщицким видом подмигнул он, — мое предложение остается в силе!
— Буду иметь в виду, — поклонился в ответ Март и, провожая взглядом уходящего командира «Варяга», вдруг спросил: — А что на «Звенящем» будут ремонтировать? И главное, сколько времени?
— Точно не знаю, если двигатели есть в резерве, то быстро заменят, заодно остальным ТО проведут, пробоины заделают, коммуникациям ревизию устроят, ну и, скорее всего, по вооружению пройдутся. А что?
— Я так понял, его высокоблагородие капраз[70] Матвеев предложил нам позаимствовать маршевый двигатель со «Звенящего»?
— Дохлая идея, — отмахнулся от слов Марта Зимин. — Я просто не стал возражать старому товарищу. Осипов — еще тот зануда. Без распоряжения начальства он и шагу не ступит, а уж мотор отдать, даже на сутки… Нечего и пытаться. К тому же, если он меня с училища не забыл, то наверняка поминает недобрым словом.
— Он одаренный?
— Насколько я знаю, нет, — не слишком уверенно ответил капитан. — Во всяком случае, мне об этом ничего не известно.
— А что, если мы его и спрашивать не будем?
— Послушайте, кэп, — едва не заржал внимательно прислушивающийся к их разговору Бенчик. — А ведь предложение вашего протеже не так уж безумно!
— Брось! — отмахнулся командир. — Подсудное же дело!
— Только в том случае, если не выгорит. Это я вам как адвокат говорю. А если все пройдет гладко, так вы станете героем, вернувшим в строй рейдер в тот момент, когда Родина особенно в нем нуждается!
— Ты что, уже речь для суда репетируешь?
— Типун вам на язык, кэп.
— Нет, — решительно отказался от авантюры Зимин. — Я побывал во многих переделках, но вот предстать перед трибуналом, да еще в качестве обвиняемого… нет уж, увольте!
— В таком случае, Владимир Васильевич, надо еще раз сходить к снабженцам.
— Да сколько можно-то?!
— Просто на этот раз возьмите меня с собой, — настойчиво предложил Мартемьян своему командиру. — Нет-нет, не в кабинет, я просто в коридорчике посижу.
Интендантская служба флота, как водится, располагалась поблизости от штаба, но в гораздо менее презентабельном здании. Кабинеты там были поскромнее, обстановка куда менее роскошная, но эта показная скромность не должна никого обманывать. Именно в этих затхлых водах и водились самые опасные и прожорливые хищники, каких только знало пронзительно синее небо Дальнего Востока. Сами они, конечно, летали редко, но без их одобрения не мог полететь вообще никто.
И именно сюда и отправились сразу после судебного разбирательства Зимин с Мартом, теперь уже официально ставшим Колычевым.
Сам молодой человек, как и собирался, скромно присел на узенькую скамеечку в коридоре, а его опекун, стукнув для приличия костяшками пальцев по двери, вошел внутрь.
— Здравия желаю, Николай Константинович, — поприветствовал он хозяина кабинета — полковника Корпуса корабельных инженеров Арцеулова.
— Добрый день, — страдальчески поморщился интендант. — Я полагал, что вы сегодня заняты судебным разбирательством…
— Благодарю за участие, господин полковник, но оное только что благополучно завершилось.
— Поздравляю, — кисло улыбнулся начальник отдела снабжения механических мастерских флота, чье отношение ко всему этому делу никак нельзя было назвать «участием».
— Душевно благодарю! Однако я к вам по другому делу.
— И по какому же? — не проявил ни малейшего интереса Арцеулов.
— Видите ли, — вздохнул Зимин. — Как вам, вероятно, известно, на заседании председательствовал лично его высокопревосходительство…
— Известно.
— Так вот, когда все юридические дела получили разрешение, Вадим Степанович задал мне один вопрос, от которого мне некоторым образом до сих пор немного не по себе.
— Неужели? — в голосе полковника явно послышался скепсис.
— Именно. Ведь он спросил меня, как скоро будет починен «Буран»?
— И что же? — насторожился интендант.
— Мне показалось неудобным сказать ему, что ремонт сорвался из-за саботажа его нерадивых подчиненных.
— Что вы имеете в виду?
70