— А вот этот документ, на котором командующий флотом лично поставил визу. Сами понимаете: время военное, сейчас всякая боевая единица на счету.
— Ваш «Буран» — корабль частный!
— Несомненно, но если его сожгут или, хуже того, — захватят, как вы думаете, кого назначат крайним?
— Уж точно не меня!
— Я бы на вашем месте не был столь уверен. Ведь это именно вы проигнорировали прямой приказ Макарова!
— Я?!
— Ну а кто же? Командующий подписал, генерал Гаупт тоже, а вот на вас дело застопорилось. Понимаете, чем все может кончиться?
— Не пугайте меня, Владимир Васильевич. Ну нет у меня моторов! — почти взмолился полковник. — Высокому начальству легко распоряжаться, а у меня фондов нет!
Пока интендант говорил, на его лице несколько раз сменилось выражение. Сначала это была холодная вежливость, потом проскользнула легкая озабоченность, под конец едва не перешедшая в панику.
— А если я найду? — вкрадчиво поинтересовался Зимин.
— С легким сердцем и большой радостью отдам его вам, — от души сказал начальник отдела снабжения механических мастерских флота, мысленно добавив: «Лишь бы от тебя избавиться, заноза!»
— Ловлю вас на слове, Николай Константинович. А теперь ответьте на один вопрос: когда вы ожидаете прихода нового двигателя для корвета «Звенящий» кавторанга Осипова?
— Ах вот вы что задумали! — возмутился Арцеулов. — Ну, знаете ли…
— Вы так и не обозначили срок.
— Господи боже, да кто ж вам точно скажет-то! Вы, господин Зимин, право же, будто не знаете наших порядков. Бумага едет — когда-то будет! Ну и мотор примерно в тот же срок… Ожидаем в течение недели, а там, как кривая вывезет!
— Иначе говоря, поставка будет самое раннее через семь дней?
— Да, — нехотя признал инженер. — Но это не значит…
— Постойте, любезнейший Николай Константинович. Выслушайте меня до конца. А после уже принимайте решение. Напомню вам лишь о приказе самого Вадима Степановича! Итак, я предлагаю выделить мне необходимый для «Бурана» мотор сроком на одни сутки. Вы даете «техничку», мы летим на точку, перекидываем движок и немедленно стартуем прямиком к вам. Мои люди с небольшой помощью ваших специалистов справятся с этой работой за пару часов. Плюс перелеты — за ночь управиться должны. Никто ничего и не поймет. А маршевый с корвета вы можете снять под предлогом ремонтных работ.
— А если вы, пардон, не вернетесь?
— А если вас за саботаж от должности отрешат?
— Я вас умоляю! — всплеснул руками оскорбленный в лучших чувствах интендант. — Вы, верно, думаете, что мое кресло медом намазано? Так нет же, дражайший Владимир Васильевич! Хлопот много, начальства еще больше, и как дело ни поверни — всегда мы виноваты! Да-с!
— Ах, как я вам сочувствую…
— Издеваетесь? Ладно, черт с вами, Зимин. Определенная логика в вашем предложении есть. Движок свой ресурс почти выработал, все одно под замену пойдет… Эх, где наша не пропадала! Возьму грех на душу Только одно условие!
— Хоть звезду с неба!
— Обойдемся без ночных светил, — прикусил нижнюю губу полковник. — Значит так, как только установите двигатель, сразу же отправляйтесь в Порт-Артур.
— Екскьюзе муа, но пуркуа и але?[71]
— Видите ли, дорогой мой Владимир Васильевич. Здесь, в Пхеньяне, вблизи неприятеля, ремонт затянется надолго. Опять же, поставки сюда доходят в последнюю очередь, а там — главная база Третьего флота и верфи.
— Благодарю… Но все же я не хотел бы оказаться так далеко от поля боя…
— Ну, не упрямьтесь, Владимир Васильевич. Соглашайтесь. Вам же будет лучше. Самое большее — два часа, и вы вдали от войны, на Ляодуне. Там сразу же снимете мотор, и мы в расчете.
— Когда мы сможем вылететь?
— Сегодня же ночью. Обстоятельства и приказ адмирала Макарова не терпят отлагательств! — решительно заявил интендант и, черкнув несколько слов на наряде, протянул его просителю. — Вот, держите. Отправляйтесь и ни о чем не беспокойтесь.
— Но как же я верну вам двигатель?
— Боже, какие пустяки! Мотор по документам отправится по железной дороге в Дальний, и вся недолга…
— Покорно благодарю!
— Что вы, что вы, — тесня посетителя к выходу, проворковал Арцеулов, — сейчас ведь война, а мы, как ни крути, одно дело делаем!
Покинув кабинет совершенно преобразившегося начальника отдела, Зимин с недоумением посмотрел на своего воспитанника, все так же продолжавшего скромно сидеть в уголке.
— Черт возьми, но как?..
— Как вам сказать, — скромно улыбнулся молодой человек. — Я просто немного сгустил ему краски и накинул картинку из недалекого будущего, от которой он пришел в столь изумленное состояние, что сразу возжелал от вас избавиться как можно скорее и надежнее.