– Моя мама – не шлюха! – с вызовом повторил мальчишка, невольно стискивая кулаки, и глаза его внезапно засверкали знакомым Хотену блеском. – Можете показывать Амега письмо сколько хотите, но о ней так говорить не смейте! Никогда! Я вам это запрещаю!
– С ума сойти, – Хотен с саркастической усмешкой покачал головой и произнёс, будто разговаривая сам собой: – Он мне запрещает. Щенок портовой шлюхи. В моем доме. Мне. Да если бы не я, твой отец никогда не вернулся бы с Дейсы, а ты бы до сих пор прозябал в приюте. Куда твоя мамаша-потаскуха спихнула тебя при первой же возможности…
Дальше Джекканти слушать уже не смог и бросился на Хотена с кулаками. Ниско легко отшвырнул от себя мальчишку – вроде бы даже не слишком сильно, но пацан шлёпнулся на пол, едва не протаранив головой угловой столик. Хотен с досадой и брезгливостью помассировал кисть. Вот же дрянь мелкая, выбесил все-таки. И он сам тоже хорош – срываться из-за какого-то бракованного недомерка. Ещё не хватало из-за этого дерьма разругаться с компаньоном. Ну уж нет, он себе такого больше не позволит…
– Ненавижу вас, – пацан жгучим взглядом смотрел исподлобья на Хотена. – И я всё расскажу Амега!
– О да, разумеется, – Хотен окинул мальчишку пренебрежительным взглядом. – Только не забудь, что Амега потом уйдёт, а ты – останешься.
Он вынул из кармана и бросил мальчишке под ноги плотный конверт.
– Можешь познакомиться со своей новой жизнью. Для сына портовой шлюхи этого даже много.
С этими словами он развернулся и вышел.
Джекканти поднял конверт.
На синей глянцевой бумаге был отпечатан золотой логотип, и шла надпись на двух языках: местном и космолингве: «Ллоо-Кахати: элитная школа закрытого типа для детей из смешанных эделгийско-человеческих семей».
У Джекканти внутри все обмерло.
«Настоящим сообщаем Вам, что человеческий ребёнок Джекканти Синий с такого-то числа зачисленв третью учебную группу с круглосуточным проживанием… Занятия начинаются с такого-то числа… Распорядок дня… Расписание занятий…»
На мальчишку пахнуло приютской тоской. Он обхватил колени руками. Его цветастое, полное событий и приключений письмо, внутри него словно выцвело и потеряло краски.
Значит, все снова? Тоскливая жизнь по кругу – обед, уроки, сончас… Снова сидеть в клетке и завидовать чужой жизни? Жить как Питсу, от одного короткого звонка до другого, без надежды на усыновление? Только ведь Амега и звонить ему не станет, просто исчезнет и всё…
И никогда не будет больше гонок на байке с Росси, своей каюты, обедов с командой под громогласные шутки кока, старого боцмана, Сиесты…
И даже Питса рядом не будет.
Мальчишка мазнул рукой по мокрым глазам.
Ну уж нет. Если Амега не хочет его видеть, тогда пусть везёт его обратно – на Землю!
***
Мальчишка встречал его в гараже. Сидел, нахохлившись, натянув отцовскую куртку на макушку. При виде Амега вскочил и пошёл ему навстречу.
– Папа, Хотен сказал, что ты хочешь отдать меня в какую-то школу на Эшете. Это правда?
– Ну в школу, и что дальше? – меньше всего Амега был расположен сейчас общаться с мелким назойливым щенком.
Мальчишка на секунду замер.
– Но я не хочу учиться в школе! Я хочу остаться с тобой, на «Чектуране»!
– Тебя не спросили…
Амега пошёл быстрым шагом, и мальчишке пришлось буквально бежать следом.
– Тогда отправь меня обратно в приют, на Землю! Я буду жить и учиться вместе с Питсом!
– Да с какой ещё пиццой? – уже всерьёз раздражаясь, отмахнулся Амега.
– Да не с пиццой, а с Питсом! – мальчишка задохнулся от возмущения. – Это мой друг! Отвези меня к нему, на Землю!
– Я тебе что – автобус?! – рявкнул Амега, останавливаясь. – Будешь жить там, где я тебе сказал, понял? Захочу – вообще будешь сидеть в подвале и под замком!
– Тогда зачем я тебе вообще нужен?! – Джекканти уставился на отца мокрыми злыми глазами. – Зачем ты меня забрал? Я думал, мы будем жить вместе, а ты…
– Вот что, щенок, – Амега сгрёб мальчишку за шиворот, – знаешь, почему ты ещё ходишь целый да не покалеченный? Знаешь, а? Да потому что Амега Синий имеет к тебе интерес! А кроме меня твоя жизнь здесь вообще никому на хрен не нужна! А значит, будешь делать то, что я тебе скажу, понял?!
Джекканти рывком вывернулся из просторной куртки, и она осталась в руках отца.