Раздевшись и разувшись, аккуратно сложил свою одежду и обувь в водонепромокаемый мешок, закинул его за спину, прикрепив два ножа в ножнах, а так же надев через плечё верёвку с кошкой, кинул на себя заклинание тёплого тела, взяв свою доску прыгнул за борт и поплыл в сторону лежащего в дрейфе судна охраны порта.
В этот раз заплыв прошёл так же за минут двадцать пять, но плыть пришлось более километра. Как только до судна оставалось метров 300, бросил в его сторону заклинание сонного удара.
Забрался на борт быстро и первым делом проскочил в рубку судна, вахта судна состояло из пяти человек. У них долго не задерживался, только чтобы, одеть свою одежду и обувь вынул табельное оружие из кобуры старшего смены. Направился в нижние помещения судна, заклинание кругового поиска помогало ориентироваться на остальных матросов судна. Экипаж судна составлял всего 25 человек, на то чтобы разобраться с ними мне хватило десяти минут, тем более что большинство из них отдыхало в двух кубриках и нескольких каютах.
После чего вернулся рубку, нашёл фонарик, выйдя на палубу, узким лучом мигнул четыре и немного позже ещё два раза, как было условлено в сторону торпедного катера.
Пока тот подошёл к борту, от нечего делать стал просматривать документацию и вахтенный журнал судна (Из просматриваемых журналов узнал, что нам достался тральщик HNoMS "Раума" - "Rauma" построен в 1939 году для Королевского норвежского военно-морского флота. Захваченный немцами в 1940, во время вторжения в Норвегию и переименованный в "Kamerun": водоизмещением 355 тонн, длинна 51 метр, скорость 15 узлов (27,78 км/ч), экипаж 25 человек, вооружение 2 76-мм пушки, 2х2 см (0,79 дюйма) С/30 зенитки, 2 пулемёта, морские мины).
С подошедшего катера на борт сноровисто стали перепрыгивать краснофлотцы быстро и согласно установки на захват судна растекаться по всем помещениям. В рубку зашли Репин, Соловьёв и мичман из команды МООН.
- Спешу Вас обрадовать - сказал я развалившись в кресле капитана судна и обращаясь к вошедшим, - Вам достался тральщик "Kamerun" или ранее "Раума" построенный для Королевского норвежского военно-морского флота в 1939 году и захваченный в 1940 году немцами, водоизмещением 355 тонн, длинна 51 метр, скорость 15 узлов (27,78 км/ч), экипаж 25 человек, вооружение 2 76-мм пушки, 2х2 см (0,79 дюйма) С/30 зенитки, 2 пулемёта, морские мины. В общем-то, хороший кораблик и довольно таки новый. Не повреждённый, за исключением личного состава экипажа, те, увы, мертвы все. При этом кивнул на лежащие в рубки трупы.
- И как у тебя всё просто выходит, - завёл старую шарманку Соловьёв, - как будто само собой разумеющиеся.
- Ага, - подтвердил я, соглашаясь с Соловьёвым, - как два пальца об асфальт.
- Ну вот, - с укоризной проговорил тот, - опять говоришь вроде по-русски, но ничего не понятно.
- Значит, - я поднял указательный палец вверх, - верьте своим глазам.
- Игорь Александрович, - обратился к Соловьёву Репин, чтобы прервать нашу с нам дискуссию,- я думаю, что тут нужно, оставлять не более десятка краснофлотцев с мичманом во главе, этого будет, вполне достаточно для перегона. Пусть отходят к входу в залив, к трофейному миноносцу и с ним уже к Рыбачьему. Я передам о захвате тральщика на "Победитель" в штаб флотилии.
Соловьёв согласительно кивнул головой, повернувшись к мичману, сказал, - остаёшься старшим на тральщике, с тобой отделение Юркевича - десять краснофлотцев, судно вдоль этого берега гонишь к входу в залив, своих мы предупредим, там действуешь в соответствии с указаниями из штаба флотилии на "Победители", тебе сообщат.
После этого я, Репин и Соловьёв, перебрались с остальными краснофлотцами из взвода МООН, назад на торпедный катер Репина.
Теперь нам предстояло ждать около часа, когда на исходные позиции для атаки на батарею мысе Крестовый (Ристиниеми) выйдет десант, нам должны по радио передать условный сигнал и только после этого мы должны начать атаку на порт и город Лиинахамари.
К нам потихоньку подтягивались катера первой и второй волны с десантом на борту.
Наконец в 22.05 такой сигнал поступил, наши катера начали выдвижение к порту Лиинахамари до входа, в который было несколько миль.
Первыми как всегда шли торпедные катера дивизиона Репина, за ними дивизион Корнейчука, далее дивизион Арбузова.
Первые выстрелы немцы сделали, только через пять минут после того как в порт ворвались торпедные катера, к тому моменту те уже подошли вплотную к причалам порта, а в порт входили остальные катера дивизионов РС и МО.
За счёт трофейного имущества пулемётной роты, находившийся на захваченном транспорте "Иоганн Фаульбамс", майор Соловьёв, имел в каждом взводе по четыре, пять пулемётов, фактически в каждом отделении. Вот эти то, пулемёты и открыли дополнительный огонь по немцам из зенитной батареи на причале и другим огневым точкам на кораблях расположенных в порту, пока краснофлотцы десанта выгружались из катеров и растекались по порту и кораблям которые стояли у причалов и пирсов.
С каждой минутой с прибывших в порт катеров флотилии, высаживалось всё больше и больше краснофлотцев десанта первой и второй волны, каждое подразделение до отделения включительно знало, что им конкретно делать здесь на месте.
Огонь постепенно всё больше откатывался за черту порта в городские районы, да и на кораблях стоящих в порту стрельба практически прекратилась, перейдя во внутренние помещения кораблей.
Я всё время атаки на порт стоял у зенитного автомата "Эрликон", установленного в носовой части торпедного катера. И с момента входа в порт в первую очередь контролировал зенитную батарею, стоящую по центру порта, к её орудиям уже выдвигались фигурки расчётов. Вот по ним я и вёл огонь в первую очередь. Лишь несколько раз, пройдясь по орудийной прислуге подводной лодки, стоящей у причала и её зенитным автоматам, как только экипаж попытался развернуть стволы в сторону входящих катеров, всё таки подводники находились ближе всех к своим стволам, да и нормативы по разворачиванию орудий и зенитных пулемётов у них были слишком маленькие.
Ещё во время приближения катера к причалу порта в 100 метрах от лодки я прекрасно видел её номер на рубке U-446 (впоследствии выяснилось, что это была подводная лодка типа VIIC спущена на воду 11 апреля 1942 года, только вчера прибыла в порт, официально введена в состав 8 флотилии подводных лодок 10 дней назад, раньше срока на почти полтора месяца, это был её первый и последний для немцев, поход на Север Норвегии).