Через некоторое время в порт вошли наши три ВК и ПБС-1, с них на причал порта стали выгружаться морские пехотинцы из приданного нам батальона. Выгружали так же и два бронеавтомобиля экипаж, которых уже ждал машины на причале.
У зенитной батареи уже вовсю распоряжался капитан с одной из батарей ПВО порта Мурманска, половину бойцов своей батареи, которую он должен был выделить, тот решил, возглавит сам.
Окинув взглядом, порт я понял, что общая картина в порту вполне удовлетворительная, немцев уже окончательно отжали в город. Все суда, которые были в порту, находились под полным контролем с нашей стороны, в порту уже вовсю, распоряжался Гизатулин, хотя из-за темноты его не было видно, но его специфический голос был узнаваем всеми.
А судов в порту было достаточно много, кроме упомянутой мною подводной лодки U-446, у причалов порта находились ледокольный пароход под названием "Войма" (фин. "Voima" - "Сила", пароход был заложенный в Российской империи под названием "Малыгин" и достроенный в Финляндии). Кроме того имелась в наличии плавмастерская ВМС HSH3 Зюйдмеер ("SÜDMEER", 1902/8133 брт.), плавбаза катерных тральщиков MRS-26 ("Pиo-V", 1941/4010 брт.), транспорт "Сольвикейн" ("Solviken", 1910/3502 брт.), транспорт "Муанса" ("MUANSA", 1911/5472 брт.) небольшой транспорт "Герта" ("Herta", 717 брт.). Два из трёх транспортов были уже загружены рудой, третий стоял под загрузкой. Тральщик с номером М-31 (780 брт.), буксир с номером С-16S (199 брт.), корабль ПЛО UJ-1219 ("Ньюбау-287", 830 брт.), сторожевой корабль V-6111 "Мазурен" (бывший рыболовный траулер НС-304, 1937/435 брт).
У причала рядом с портовым краном, стояла пришедшая буквально перед нашим нападением БДБ F-317A (220 т), имеющая на своём борту 100 бочек с соляркой (как выяснилось позже, соляра была предназначена для кораблей, которые находились в порту).
Кроме того, к одному из пирсов было пришвартовано судно обеспечения полётов авиации "Karl Meyer" (1940/1157 т., 78x10,8x3,7 м; 4 дизеля, 8800 л.с.; 21,5 уз.; экипаж 66 человек, вооружение 3x1 - 20-мм/65,). На борту которого находился дальний гидросамолёт разведчик Blohm&Voss BV-138. Там же рядом находился и катер FLB-528 принадлежащий люфтваффе (65 т), из спасательной службы подчинённый Seenotdienstführer (Nord) 5 и который, по всей видимости, сопровождал "Karl Meyer".
Эпизод 47
Через три часа, когда всех немногочисленных пленных определи на всё тот же ВК ПВО "Победитель", два корабля нашей эскадры ВК ПВО "Победитель" и артиллерийский ВК "Песец", стали выдвигаться из акватории порта Лиинахамари. За ними стали выходить остальные трофейные суда немцев, командование флотилии, ещё ранее приняло решение забрать все суда, в том числе и повреждённые без исключения.
Командующий флотилией контр-адмирал Кучеров уводил трофейные суда, в том числе и подводную лодку в Мурманск. В порту и городе Лиинахамари старшим обороны оставался начальник штаба флотилии капитан первого ранга Гизатулин.
Для обороны порта от налёта авиации противника оставался (кроме пушек зенитной батареи 8,8-см орудий захваченных у противника) и наш ВК ПВО "Арктический лис".
После ухода трофейных кораблей с Кучеровым, через час должен был уходить отряд катеров в сторону Петсамо, старшим отряда был назначен капитан первого ранга Ледяев. В его отряд входили два дивизиона флотилии, РС и торпедных катеров. Корнейчук и Репин так же шли со своими подразделениями.
Два МО-4 должны были охранять вход в порт и в залив Петсамовуоно, на тот случай если какое-либо немецкое судно будет идти в порт Лиинахамари. Эти морские охотники были радиофицированы и могли при необходимости, связаться с нашим ВК ПВО "Арктический лис".
Наконец и наш отряд катеров около часа ночи тронулся по заливу Петсамовуоно в сторону Петсамо. Скорость нашего отряда была около 15 узлов, помимо всего мы с Репиным шли впереди и осматривали залив на предмет нахождения плавающих средств. К самому Петсамо мы по плану должны были подходить к трём-четырём часам, рассчитывая на ослабленное внимание патрульных суден в районе охраны порта Петсамо.
Но немцы, по всей видимости, уже передали по радио о захвате порта и бое в самом городе Лиинахамари. Но при предыдущем нападении на порт и город Лиинахамари русские не предпринимали никаких попыток проникновения вглубь залива Петсамовуоно, патрульное судно на подходе к порту несло службу, как и положено, но при этом особенно не усердствуя. Оно совершало маневры, стараясь контролировать одновременно всю ширину залива.
- Сторожевое судно, - говорил я стоящим рядом Репину и Соловьёву, - одно, примерно 300 тонн, длинной около 30 метров, вооружённое двумя пушками, установленными на носу и на корме, кроме того на нём должны быть ещё как минимум два зенитных пулемёта. Расстояние до него около мили.
- Что делаем дальше, - Репин вопросительно посмотрел на меня, хотя и так было понятно, что шуметь раньше времени никто не хотел.
- Можно попробовать, - с сомнением в голосе произнёс я, - но плыть далеко придётся, а ближе подходить нельзя, да и движется он постоянно.
Посмотрев на Репина, на того умоляющие глаза, решительно сказал , - плыву, никуда не дёргайтесь в течении часа, ещё через двадцать минут можете делать что хотите. Катера отряда пусть ближе не подходят.
Репин согласительно, кивнул головой, стал набрасывать сообщение Ледяеву.
Я же по уже, за этот день отработанной процедуре стал раздеваться и готовиться к заплыву, одновременно накидывая на себя заклятие тёплого тела и кругового поиска для ориентира.
Плыл в этот раз я минут сорок, размеренно работая руками, в конце стараясь попасть к повороту корабля от берега и встрече его примерно на середине залива. Бросив за несколько кабельтовых на корабль заклятие сонного удара. У меня была всего лишь одна попытка попасть на корабль, или тот вылетал на противоположенный берег, одно успокаивало, что двигался тот на очень малом ходу, равномерно.
После сонного удара корабль закономерно вильнул в сторону, забирая в правую сторону, я рванул на пределе возможностей ему на встречу, как только рядом со мной поравнялся нос корабля я закинул кошку, стараясь чтобы она зацепилась за орудие установленное на носу судна. Так оно и получилось, перебирал руками, пока не стукнулся об борт корабля. Если бы это происходило полгода назад, то забраться с таким телом точно не смог бы, а так сил хватило, но если честно, то под впритык. С трудом поднявшись на ноги, бросился в рубку корабля, останавливая корабль, а чтобы по инерции он не выехал на берег, крутанул штурвал в сторону торпедного катера. Осмотревшись по сторонам, нашёл фонарик на стене, быстро сорвал его, выскочил на палубу, мигнув как условленно четыре раза в сторону нашего катера.