Атаку на охранные суда решили не затягивать, а сделать часов в восемь, девять вечера, что бы было время не только смыться в случае чего, но и вообще уйти в Мурманск, с тихоходными трофеями ещё до рассвета.
Так оно и получилось, к входу в фиорд Петсамовуоно подходили часов в восемь вечера, вход в фиорд Петсамовуоно, на этот раз охраняли миноносец и катер-тральщик. Об этом я говорил, стоящим рядом, Репину и Оточину, наблюдая их с помощью заклинания ночного зрения.
В дальнейшем мигнув красным светом, в сторону идущих за нами в кильватере, РС-513 и РС-514. Начали аккуратно приближаться к миноносцу на дистанцию пуска торпеды. Приблизиться удалось на 3 кабельтова, Репин решил не рисковать и скомандовал "Пуск", торпеда с шипением ушла к своей цели, оставалось только ждать, заметить след от торпеды на значительном расстоянии было не возможно.
В этот раз немцы решили схитрить и изменили схему охраны входа в фиорд Петсамовуоно. На этот раз "раумбот", - а это был он, нёс все положенные огни на мачте, и двигался перед портом, постоянно меняя как скорость, так и направление. А вот миноносец, стоял в стороне без движения и положенных огней, отслеживая обстановку вокруг, со стороны выходило, что охрану нёс только катер-тральщик и всё.
- Нам же лучше, - произнёс я поясняя обстановку вокруг входа в порт Репину и Оточину.
Наконец раздался долгожданный взрыв, торпеда попала миноносцу в корму, разломив его на две части, которые начали стремительно погружаться в воду (как впоследствии удалось выяснить, это был миноносец типа "Ravn", какой из них выяснить не удалось).
Я же выдав себя начал стрелять (неприцельно) из "Эрликона" по катеру, до него было около 5 кабельтов, наш катер медленно отходил в Баренцево море, в противоположенную сторону от входа в фиорд. Стрелял я один, больше никто не стрелял, это тоже было оговорено, нам надо было сделать у командира "раумбота" впечатление, что миноносец взорвал торпедный катер, такой же, как и он.
Командир "раумбота" купился на наш трюк. Тот, на полной скорости, пошёл на перехват нашего катера, расстояние между нашими катерами стало сокращаться. Чтобы не получить от него прямых попаданий, я начал прицельный обстрел, стараясь попасть по его скорострелке стоящей на носу катера, попадая так же по рубке. От такого точного огня передняя скорострелка замолчала, стреляла только та, которая была установлена на рубке.
В этот момент неожиданно по немецкому катеру ударили из шести стволов РС, когда он только прошёл между ними, включив прожектора на рубках катеров. По его кормовым орудиям и экипажу там стоящему прошёлся шквал огня, изрешетив всё, что находилось над палубой и всю рубку катера. Одновременно оба РС набирая ход, подходили к нему с правой и левой раковины, догоняя его. К моменту их приближения на палубе и ходовой рубке, никого стоящего не было, были только лежащие на ней. По отработанной методике с каждого, были заброшены кошки и когда краснофлотцы с катеров, начали подтягивать катера к "раумботу" (как выяснилось позже "раумбот", за номером R-27, произведён в 1938 году, его водоизмещение 110 тонн, силовая установка двухвальная, 1836 л.с., на вооружении состояло 4х1 20-мм зенитных автомата, 2 бомбосбрасывателя с шестью глубинными бомбами WBF (масса - 139 кг), либо WBG (масса - 180 кг), скорость хода 21 узел) на него перескочили краснофлотцы резервного экипажа во главе с Оточиным с одной стороны и Петровичем с другой. Стреляя во всех, кто ещё был жив и шевелился на палубе. Постепенно ныряя во все люки на катере.
Как только наши катера начали стрелять, я прекратил стрельбу, и стал помогать Репину на скорости по дуге обойти их и прикрыть захват со стороны порта. Оттуда немцам могла подойти помощь, как всегда в самый неподходящий момент.
Всё обошлось и через минут пять катера были расцеплены и в кильватере во главе с РС-513, пошли в сторону полуострова Рыбачий, всё это я комментировал Репину, не забывая посматривать в сторону входа в порт. Лишь когда мы отошли примерно на десять миль, я заметил что что-то выходит из порта, но мы уже растворились в ночи, немного погодя наш катер, увеличив скорость, догнал замыкающий РС-514 и пристроился за ним, нам тот подсвечивал красным светом, чтобы мы не потерялись.
Дошли до Рыбачьего под утро, а к шести были в заливе Губы Вайда, где нас с нетерпением ждали оставленные краснофлотцы во главе с Горностаевым. На буксир перешёл Петрович и наш отряд кораблей, увеличенный вдвое, ходом в 9 узлов пошёл в сторону Мурманска, огибая весь полуостров Рыбачий.
В штаб бригады и базы ушли шифровки об окончании похода отряда кораблей.
Из штаба Мурманской базы, в штаб СФ на имя начальника штаба контр-адмирала Кучерова ушла шифр телеграмма со следующим содержанием.
"Отряд кораблей бригады охраны водного района, Мурманской база в составе морских охотников РС-513 и РС-514, а так же большого торпедного катера С-23, в период с 1 марта по 6 марта провёл рейд к берегам Норвегии. В результате которого, были уничтожены: немецкий конвой в составе транспорта 4500 тонн, сторожевого корабля, сторожевого катера, захвачен портовой буксир. Уничтожены БДБ 350 тонн, вспомогательный крейсер, миноносец 2 класса (по всей видимости, норвежский из серий 1900-1910 годов), захвачены БДБ 220 тонн, "раумбот" за номером R-27. Командир Мурманской базы капитан первого ранга Гизатулин".
Эпизод 25
- Разрешите, - в дверях кабинета Арсения Григорьевича Головко, командующего Северным флотом, стоял его начальник штаба Кучеров.
- Проходите, проходите, Степан Григорьевич, - приветливо пригласил своего друга командующий, - что у вас, есть новости?
- Есть хорошие новости Арсений Григорьевич, - сказал Кучеров, протягивая бланк шифр телеграммы Головко.
Взяв шифр телеграмму, тот внимательно прочитал её, положил на стол и посмотрел на своего начальника штаба, зная его хорошо, он ждал продолжения.
- Дальше тянуть, не получиться, - сказал Кучеров, - надо преобразовывать Мурманскую базу в Мурманскую военную флотилию, усилив её как только можно, особенно личным составом, там скоро пойдут значительные события на мой взгляд, да и немцы после таких поражений не оставят этот район без своего внимания. Считаю правильным поручить мне формирования флотилии. По этому вопросу стоит звонить непосредственно Кузнецову уже сейчас. Время дорого, уже пришла весна, немцы захотят усилить натиск на Мурманском направлении, а доставка на Север Норвегии грузов и людей возможна только морем и именно там будут происходить основные события 1942 года.