- Мне придется покинуть тебя сейчас, скоро утреннее приветствие императора, - Биханг слегка поклонился, лучше бы он остался с ним, за завтраком он выпил только чашку чая. – Ты сможешь пока помыться и переодеться, слуги принесут тебе завтрак.
Месемер остался один, еще раз осмотрел помещения, приятное место, как на каком-то восточном курорте, тишина и покой, симпатичный сад, витая лестница вела с террасы туда, предлагала зависнуть под тенью деревьев, вкусная еда, он улыбнулся молчаливым слугам, они принесли подносы с едой и тут же удалились. «Отдыхай, Месси, ты это заслужил», после душа в чистой одежде тут вообще был рай, вспомнил всю нервотрепку последних недель, жалко, он не успел оставить никаких подсказок, Линден и остальным придется справляться без него. Хотя, за них он тоже не волновался, в этом месте это было нелепо. «Им сейчас хуже, чем мне», расслабился в широком кресле у окна, наблюдал, как красноватые перистые облака скользят по фиолетовому небу.
Вернулся Биханг, он лениво развернулся, тут же вспыхнула тревога, что-то произошло, несчастный и злой вид, иначе не скажешь, Биханг молча присел к столу, Месемер оставил ему половину завтрака.
- Что опять случилось? – Месемер подсел рядом, Биханг сердито дернул головой, продолжил есть. – Хорошо, Биханг, потом расскажешь. Есть еще одна вещь, которую мне надо обязательно знать. – Биханг уставился на него, Месемер думал об этом все утро, спокойно продолжил. – Скажи, повелитель действительно любит Стеллу, Феликса и Тая? Считает их своими детьми, заботиться о них по-настоящему?
- Какое это имеет значение? – Биханг вспыхнул, после сцены в тронном зале, он единственный из сыновей понял чувства Лаета, это была настоящая пытка, лучше бы они не вспоминали, остались в Китерре под присмотром Месемера, лучше бы он не возвращал их домой.
- Колоссальное, - Месемер улыбнулся, Биханг утром плохо соображал. – Если он действительно любит их, то моя миссия опекуна закончена. Дети вспомнили, кто они, вернулись домой, у них есть отец и братья, настоящая семья. Конечно, мне жаль, что они не вернутся в Китерру, не будут больше играть, но я могу с этим смириться. Главное, чтобы им было хорошо. – Биханг громко хмыкнул, ну да, вчерашняя сцена во дворе казней. – Конфликты отцов и детей – это классика жанра, Биханг. Вечная история человечества. Постараюсь помочь найти им общий язык, и все, я свободен от обязательств. Повелитель обещал не нападать на Китерру, он почему-то избегает ее. Так что, и с этой стороны все хорошо.
- А ты сам? – Биханг уставился на Месемера, тот нарисовал настоящую идиллию, далекую от реальности. – Ты думал об этом?
- Ну варианта всего три, - Месемер сложил пальцы. – Отправит меня обратно, крайне маловероятно, но все же возможно, оставит меня при дворе, придется как-то привыкать, осваивать новую работу, или убьет по-тихому. В любом случае, их это не коснется никак. Так что, Биханг, он любит своих детей?
- Он только что заставил Лаета сесть на трон своего отца, повелитель убил его родителей там, - Биханг выпалил это, ждал реакции. Месемер только печально кивнул, «шоковая терапия, понятно, каких методов придерживается повелитель». Биханг широко открыл глаза, действительно, это все меняло, Лает справился со своим детским страхом. – Он любит своих эндо, да.
- Но не вас, не своих настоящих детей, - легкий вопрос, Месемер сложил руки на коленях, парню пора выговориться, эта боль убивает его изнутри. – Расскажи о своем детстве, Биханг.
- На Семитрии, моя мать оттуда, у него много дворцов и много жен во всех мирах, было много детей, - Биханг не ожидал от себя такого, он начал рассказывать, - я был живым богом, сыном повелителя, меня обожали, мне поклонялись. В шесть лет отец вызвал меня в Лангор. – Долгая пауза, Месемер не торопил его, по лицу парня было видно, тяжелые воспоминания. – Я думал, тут будет также. Вместо этого он не захотел даже видеть меня. Комнаты для юных принцев, то ли военная казарма, то ли школа-пансионат. Общая спальня, общий душ, все по расписанию. Встаем в пять утра, убираем кровати, зарядка, душ, завтрак, потом занятия. Отвлекаться нельзя, не успевать тоже, за это наказание. Потом обед, два часа занятий, единоборства, фехтования, теория и практика ведения боя, потом опять душ, и опять тренировки, мы должны уметь защитить себя. Вечером, ты уже валишься от усталости, делаешь домашнию работу. Нет времени поиграть, отдохнуть, расслабиться. И так каждый день, без выходных и праздников. Кто не выдерживал, тех лишали статуса сына повелителя, отправляли куда-то, возможно, убивали, я не знаю. – Биханг сглотнул, комок в горле, он все время боялся увидеть утром еще одну пустую кровать, их забирали ночью. – Через год расписание поменялось. Меня допустили ко двору, помню, как я надеялся, он заметит меня и все измениться, я не зря так старался весь год. – Грустно усмехнулся, тот первый семейный обед, когда он впервые увидел эндо, тут же возненавидел их. – За обедом все сидели по старшинству, рядом с повелителем сидели эндо, он разговаривал только с ними, улыбался им, даже не заметил меня.