Том запустил руку в бороду, почесал ее, парень сошел с ума или… Он посмотрел на обрушившийся мост, и еще его паб, это ведь уже было, когда-то. Посмотрел туда, где поднимались столбы дыма, их явно стало больше, центр Инграндара горел. Еще один толчок, он и Тоннак оба не удержались на ногах, упали, прокатились несколько метров вниз по склону.
- Я тебя спас, - Том растерянно посмотрел прямо в лицо Тоннаку, так вот откуда он его знал всю жизнь. – И приютил. Ты же был совсем ребенок, что ты делал в моем игровом зале?
- Увязался за Стиком, - Тоннак теперь помнил и этого долговязого парня, местного хулигана, мама всегда была против его дружбы с ним. – И его парнями.
Том кивнул, он тоже вспомнил, трупы ребят в подвале, их засыпало обрушившейся стеной, и Тоннак, его придавило столом, он услышал его стоны, смог вытащить одного живого.
- Я тогда пошел наливать вам пива, - Том кивнул, ну да, кухня осталась целой, как и в этот раз. – Задержался, чтобы разбавить. Решил, нечего молодежи напиваться. Когда это было, Тоннак?
- Когда Лает разрушил Инграндар. – Тоннак застонал, вчера он играл вместе с настоящим убийцей. – Император послал его подавить восстание Шимана.
- Ну да, - Том сел, земля больше не казалась надежной опорой, схватился за нее обеими руками. – Их еще увезли в Фельту, всех. Как же Нотуку и Эт-Тайгар вернулись оттуда живыми?
- Эт-Тайгар же мне говорил, - Тоннак снова застонал, от злости и обиды. – Он же так и сказал, Лает Райдин, который во второй раз разрушил Инграндар. Как мы могли все забыть, Том? Что они сделали с нами?
- Ты сказал, во второй, - Том прищурился, ему не нравилось небо, его быстро затягивали темные тучи, кажется, собирался дождь, и еще похолодало. – Значит, был и первый раз. Который я тоже не помню, Тоннак.
- А сейчас третий, - Тоннак перевернулся на спину, небо было цвета его отчаянья. – Неужели это только за то, что он сыграл с нами? Проклятый Лает.
Сначала он заглянул внутрь, отлично, оба сына спят, Кангари свернулся клубочком, положил голову на колени Рахуса, Рахус одной рукой придерживает его. У Рахуса непонятная сила, он сумел приручить даже этого брата.
- Просыпайтесь, сони, -Громко хлопнул в ладоши, будя их. – Я принес вам еду, думаю, вы тут умираете с голоду.
Умирали, Рахус понял это, как только почувствовал запах, в животе заурчало, Кан недовольно заворчал, попытался встать.
- С чего это ты такой довольный? Удачный конец света? – Рахус заставил себя не смотреть на еду, сказал, не скрывая издевки, отец просто светился от радости, противно.
- Не состоялся, - Повелитель свалился на ковер, улыбнулся обоим, хотя бы Кангари не задавал вопросов. – Они остановили его, а главное, сами не поняли как. Так ничего и не узнали.
- Расскажи, - Кангари подполз к подносу, он отлично выспался, впервые за свою жизнь, теперь с ума сходил от запахов, еда выглядила вкусной, в отличие от мыслей отца, полная и непонятная каша, - а лучше покажи, так будет проще понять.
….- Чем от тебя расстроил? – Тай обнял Стеллу за плечи, тихо спросил, он не хотел отвлекать Месси и Лаета, последние минуты перед началом концерта, придворные уже в зале, тревожная тишина.
- Если скажу, умрет Рахус, - Стелла старательно отгоняла мысль о разрушенном городе, еще одна Ста-Пайя будет на их совести.
- Тогда не рассказывай, - Тай сжал ее сильнее в объятьях, вместе не так страшно. Крикнул Лаету. – Как там?
- Тяжелая публика, - Лает отвернулся от виртуального экрана, температура по палате не радовала. – Не готовы вообще услышать нас. Была бы нормальная сцена… - хмыкнул, обычная практика на всех больших концертах, минутное излучение, и у всех чувство эйфории, как-то сейчас это не казалось нормальным. – Ну и боятся нас.
- Ничего, справитесь, - Месси ободряюще улыбнулся, они волновались как вначале карьеры, тогда он и привык провожать их на сцену, единственных из всех своих музыкантов. – Вы же «Юнити», лучшая группа всех времен и народов. Идите и порвите зал. – Специально для Стеллы, она отстутствовала. – Стелла, детка, концерт здесь и сейчас, все проблемы оставь за сценой.
- Хорошо, папа, - Сталь улыбнулась, порвать зал с их первой песней? Это у него шутка такая, «колыбельная ангела» всегда исполнялась в середине, когда эмоции зашкаливали и надо было слегка успокоить зал.
Плавно вылетела на своем плинте, зависла над полом, секундная пауза, она ждала криков и оваций, как было всегда. Не в этот раз, из зала шло тревожное ожидание. Вызвала арфу, улыбнулась потолку, не улыбаться же отцу и братьям, они сидели прямо перед сценой, в первом ряду. Провела рукой по струнам, выпустила первые звуки в зал, все хорошо, плинты на стенах справлялись с работой динамиков, звуку ничего не мешало, он проскользнул над их головами как легкий майский ветер. Сосредоточилась на музыкальном рисунке, тут было длинное вступление, спела совсем тихо: