-А то что? Пожалуешься дяде? – Саймон ухмыльнулся, с видом человека, который ничего не боится.
- Нет, не выдержу и побью тебя сам, - Марк снова вздрогнул, Саймон как-то не так отреагировал на дурацкую шутку, быстро забрался с ногами на сиденье, зажался в угол, Марк испугался его страха. – Шучу. Я не бью детей. – Хмыкнул, вдруг сообразил. – Я вообще никого не бью. Ни разу в жизни не дрался.
-Что, правда? – Саймон повертел головой, кажется, правда, но в это было труднее поверить, чем во все остальное. – Ну ты даешь, Марк Антоний.
-Просто Марк, -Марк пожал плечами, ну не дрался, и что такого? Просто случай не представился, всегда обходилось как-то так. – Саймон, давай попробуем договориться. Спасибо тебе, что помог на встрече со Стайвом. Но сейчас я жутко устал, а мне предстоит еще работенька. Поэтому мы оба молчим, и ты оставляешь меня в покое.
- Только если я завтра снова поеду с тобой.
-Са-аймо-он, - Марк простонал, еще один день он просто не выдержит мелкого шантажиста рядом. – Тебе что, нечем заняться? Ты что, так и собираешься прогуливать школу?
-Школа для слабаков и идиотов, я в нее не хожу, - Саймон хмыкнул, наследника оказалось очень легко достать, братья были устойчивее к нему, - И потом, я тебе нужен, Марк. Ты же ходишь на грани, совсем не разбираешься в людях. Взять хоть Стайва или вашего Тома, с чего вдруг ты им так доверяешь?
-Стайв –музыкант, и классный, - Марк сдался, парень не даст ему отдохнуть. – Тебе этого не понять, Саймон.
- Сток Мовер тоже был классным музыкантом, - Саймон вздохнул, святая наивность, Марк слепо верил людям, отстой. – Зови меня Сай, меня так все называют. А теперь отдыхай.
Третья глава
В холле Селестины Саймон растерялся, сегодня он был популярным, его ждал отец, и Филипп, каждый в своем кабинете, и хотелось пойти с Марком, увидеть наконец загадочное северное крыло. Глянул изподтишка, Марк еле плелся за Райли по ступеням широкой лестницы, от него веяло тоской и усталостью. Это решило все, Саймону хватило чужих эмоций на один день, и, он покивал головой, размышляя, хватит мучать Марка, родственник не железный в конце концов, может сорваться.
Побежал к отцу, перепрыгивая через ступеньки, Филипп мог перехватить его, сейчас он не точно не хотел видеть старшего, надо еще пережить вчерашнее унижение, Фил подставил его, когда сдал Марка охране, он же обещал помочь сбежать.
-Привет, - ворвался в кабинет, отец стоял у двери балкона, рассматривал вечерний сад. – Как ты сегодня? Лучше?
-Лучше, в меру возможностей, -Аврелий обернулся, улыбнулся сыну, Саймон всегда радовал его. –Интересный получился день?
- Не скучнее, чем твоя ночь, - Саймон забрался в любимое кресло с ногами, протянулся к ждавшей его чашке чая, ехидно добавил. – Что, накрылись твои планы?
- Я даже рад, -потер лоб, пытаясь убрать невидимую тяжелую плиту, старые мысли мешали думать. – Странно. Я выбрал неверную стратегию, придется все начинать сначала. Поэтому рассказывай, со всеми подробностями.
Саймон рассказал, и показал, записи на его телефоне накопилось много, иногда он замолкал, заново переживая прожитый день. Аврелий внимательно слушал, не прерывая, сначало надо принять информацию, только потом анализировать ее и делать выводы.
- В-общем, было не скучно, - Саймон вдруг улыбнулся, да, скука наконец отпустила, последнее время не помогали даже компьютерные игры.
- И ты опять играл в громоотвод, собирал всю агрессию на себя, - Аврелий сердито хмыкнул, годы терапии и все напрасно, мальчик по-прежнему нездоров. – Завтра же встретишься со своим психоаналитиком.
-Завтра не получится, я снова поеду с Марком, - Саймон ухмыльнулся, отец не понимал, какой это кайф, дразнить гусей. – Его надо охранять от самого себя, он совсем не разбирается в людях. – С осуждением поставил диагноз. – Он – хороший человек, и судит о других по себе.
-Хороший? – Аврелий скривился, если у наследника еще и моральный кодекс неудачника, все будет только сложнее. С надеждой сказал. – Мне так не показалось. Он вспыльчивый и гордый, совсем как его отец.
-Луция Тита уважают коллеги, у него есть друзья, - Саймон вздохнул, чай вдруг показался горьким, навалилась усталость, он сполз с кресла, дошел до стены, плюхнулся на диван, - Чего не скажешь про нас. Что в моем чае, отец?
-Лекарство, - Аврелий перешел к нему, осторожно сел рядом, погладил Саймона по волосам, - Ты –моя любимая головная боль. Теперь рассказывай, не про Марка Антония, про себя.
- Пришлось много врать, было больно, - Саймон беззвучно зевнул. – Я врал больше чем они, они привыкли говорить друг другу правду. – Вспомнил. – Как в суде, правду и только правду. Не всю правду. Они боятся за Марка. И они сами не понимают еще, но я им понравился, это было приятно. Джек… - свернулся клубком, зыкрыл глаза, слабый свет, но все равно больно. – Он мог бы меня избить, но он справился. А Марк меня испугал, в машине, я не сразу понял, что этого не может быть. Ты знаешь, он вообще никогда в жизни не дрался? Я думал, так не бывает. А Фил – козел, вчера чуть не испортил все, я на него обижаюсь.