- А я никогда не понимал, как человек может спать и есть в одной комнате. – Саймон потянул его за руку, до загадочной половины Луция Тита оставалось совсем немного. – Или вот нафига вы купили лофт. И собираетесь жить там все вместе. Та же общага, утренная очередь в туалет вам обеспечена. Тут при желании можно месяцами не пересекаться.
-И что, возникает такое желание? – Марк справился с острым приступом зависти, сейчас ребята все вместе, обживают новый дом, обсуждают музыку или просто смотрят новости, все как у людей. Пока он тут бродит по темному лабиринту. – Это ненормально, ты знаешь? У родственников есть потребность видеть друг друга.
-Патрик, - Саймон коротко бросил и снова замолчал. Марк увидел, бесконечные мелкие подколки, тайные издевательства, Патрик дразнил младшего, сделал его жизнь невыносимой. Саймон хмыкнул. – Нет, сейчас все норм. Когда надоело прятаться, вышел и дал ему отпор. Теперь он с меня пылинки сдувает. Они все… Пришли, открывай дверь.
- Она открыта, - Марк дернул ручку на себя, мерзкий скрип старых петель, оба вздрогнули, казалось, звук разбудил весь дом. – Прошу, Саймон, будь моим гостем.
Саймон остановился в середине первого зала, задумчиво рассматривал обстановку.
-Тут жутко, - поставил диагноз, Марк с благодарностью кивнул, хоть кто-то понимает его. – Отсюда не ушли, сбежали. Там дальше что?
Марку пришлось нагонять его, свет фонариков освещал лепнину и мебель, Саймон снова остановился только в комнате с алтарем.
-А тут что было? – Полукруглая ниша притягивала его, старое кресло в ней почему-то раздражало.
- Семейный алтарь. И трон того, кто может общаться с богами. В нашем случае, мой. – Марк встал рядом с Саймоном, болезненно улыбнулся. – Вот поэтому мне нельзя здесь жить. Сяду, и они утащят меня, только оболочка останется.
-Ну так не садись, - Саймон пнул кресло ногой, оно упало набок, выставило свои выгнутые ноги на них, мертвое животное. –Трудно что ли? На концерте же ты как-то справился, не сыграл музыку эндо. Там программа была посильнее этой.
- Там могли пострадать все, весь мир полетел бы к чертям, - Марк пожал плечами, Саймон отлично покопался в его прошлом, похоже, уже знал все, что знал он. – А тут только я. Сяду, и никаких проблем, никаких мыслей, просто засну и все.
-Приятное самоубийство, -Саймон схватил кресло за ножки, бросил его об стену, оно, и все это место, и Марк впридачу, бесили его. – Удобный выход, чтобы ни за что не отвечать. Типа я не виноват, это сильнее меня. И пофиг друзей, семью и будущее.
-Пошли отсюда, - Марк помрачнел, Саймон намекал, что он безответсвенный тип, по меркам родителей и Аврелия так и было. –Хочу спать.
- Нет, - Саймон пошел к другой двери. – Хочу увидеть все комнаты. Ты же там тоже не был?
Похоже, тут начинались личные комнаты, Марк узнавал многие вещи, мамины и папины, такие же были дома, остановился у мозаичного столика, шкатулка с рукоделием, недочитанная книга с закладкой, странно, что они не забрали все, просто бросили тут. Собирались вернуться?
- Или собирались забрать позже. – Саймон подошел к дивану, старый плед и подушки приглашали прилечь и отдохнуть. – Они же не знали, что в остальном мире такие маленькие дома. И денег у них было мало, Луций Тит же отказался от своей доли в наследстве. – Обернулся к Марку, -Совсем как ты, начинали с самых низов.
-Ему предложили место преподователя в университете, -эту часть семейной истории Марк знал. – Не миллионы, конечно, но нищими они не были. Правда, дом они купили только кучу лет спустя, - Марк об этом никогда не думал, он же помнил, маленькая квартира при университете, всего две комнаты, он играл на ковре у окна, потом съемное жилье, они постоянно переезжали, осели, только когда он в школу пошел. –Предкам всегда было плевать на вещи.
-Не жадные, это плохо, -Саймон увидел все, что хотел, широко зевнул. -Аврелий ценит жадность, считает ее сильным стимулом добиваться своего. Мы все тут жадные. –Услышал сомнения Марка, в Саймоне он ее не заметил. – Я стараюсь. Каждый день начинаю со списка вещей, которых вроде как хочу. Мне, конечно, труднее чем всем остальным. Таких, как я, не любит никто.
«Полукровок», Марк только кивнул, римляне не признавали смешанные браки, на Саймона не распространялось римское право, даже пакс романа, и для нормальных он был отщепенцем, чувствовал лишнее.
-Ты больше римлянин, чем многие римляне, - Марк не соврал, многие римляне давно деградировали, мания величия, бабло и все. –Если тебя это утешит.