-Глава рода? –Марк нахмурился, об этом он не подумал, если дядю признают невменяемым, власть и деньги семьи перейдут к нему. – Мам, я не готов. Ну то есть, я не хочу. Я же просто музыкант. – Замолчал, а какая альтернатива? Вернутся в Селестину под опеку свихнувшегося дяди. И потом…– Если Сенат откажется оказать помощь Лангору, я смогу дать, денег Рутилиев хватит. Так ведь, Филипп?
- Этих денег хватит, - Филипп усмехнулся, еще не получил наследство, а уже его тратит. – Но до субботы надо дожить. Отец не будет сидеть и ждать, пока его признают невменяемым.
-В этом доме вы в безопасности, это такая же крепость как Селестина. Посторонним сюда не попасть, - Ория охнула, Саймон набросился на нее, прижался к ней, он тихо плакал. –Ну что ты, малыш?
-Вы собираетесь помогать убийце отца. Он сказал, что убьет его, что это неизбежно, и никто не сможет остановить его. -Саймон вздрогнул, Ория Паула обрадовалась, когда услышала про обещание повелителя, и да, понятно почему, он чувствовал ее воспоминания. -Что я увижу Лангор и сам пойму, почему это будет правильно. А я… - он всхипнул, - Увидел и не понял. А он просто отправил нас всех обратно, сказал, он объяснит завтра, сегодня у него нет времени на меня.
-Значит, он объяснит завтра, - Ория Паула обняла его обеими руками, пыталась хоть чуть-чуть убрать боль, Саймон настолько привык к страданию и унижению, что боялся ее потерять. Наклонилась, прошептала ему на ухо. – И не отказывайся от помощи Анту, Рунь сможет излечить тебя.
-И что от меня останется? Кому я буду нужен здоровый? – Он хотел оттолкнуть ее, она тоже не понимала.
- Нам всем, и самому себе, - Ория Паула улыбнулась, Саймон совсем не знал себя. – И не бойся, твоя сила останется у тебя, она только твоя, по праву рождения.
-Я –полукровка, -он посмотрел ей прямо в глаза, темные и бездонные, как у всех римлян. – Нет у меня права рождения.
-Глупости, - она потрепала его по щеке, незаметно вытерла ему слезы. – Пойдемте пить чай, тетя Агата ждет нас. И она лучше меня расскажет тебе про твои права, Саймон, в правах и обязанностях она разбирается как никто. –Обернулась к кровати, кажется, Райли пытается встать, пойти вместе с ними. – Райли, нет. Я принесу тебе твои лекарства и чай чуть позже. Римская медицина творит чудеса, но и она бессильна перед тетей Агатой.
-Я один боюсь эту твою тетю Агату? – Том задержался в дверях, обернулся к Марку, тот завис у кровати, держал Райли за руку, так меряют пульс, что-то беспокоило его.
-Что? –Марк встряхнулся, пули вынули, датчик слежения в теле секретаря отключен, вроде, все в норме, но что-то не так. Этот Райли какой-то другой, и не только из-за ран. – Она мне не тетя, она –тетя моей мамы. Ее все боятся, это нормально.
Из-за запертой двери больше не доносились звуки, Райли затих, наверное, умер. Аврелий хихикнул, довольный, умер на половине племянника, вот будет сюрприз, когда тот вернется домой. Можно ведь обвинить его в этом убийстве, типа у него был конфликт с секретарем, расследование вкупе со скандальным вчерашним интервью окончательно собьет Марка с ног. Может даже повезет, и племянник сам прибежит к нему за защитой, как когда-то Саймон. «Размечтался», Аврелий медленно побрел обратно, в свой кабинет, погоня за секретарем утомила его. «У Марка Антония есть друзья и родственники. Твои сыновья, например», Аврелий хмыкнул, это легко исправить, друзей можно убить, детям он придумает наказание сам. Детей будет жалко убивать, он столько вложил в них.
Он перебирал варианты их наказания, один интереснее другого, настроение постепенно улучшилось. И тут же испортилось снова, как только он вернулся в кабинет. Его ждало сразу несколько сообщений от доброжелателей, Ория Паула первой нанесла удар, объявила его невменямым, подала жалобу в Сенат. «Она это не докажет», он закрыл глаза, перебирая возможные доводы и контрдоводы. Да, он похитил Марка Антония, принудил его жить в Селестине, можно счесть признаком помешательства. Но похитил только потому, что наследнику рода угрожает опасность, сам повелитель зла охотится на него. «С чего вдруг охотится?», Аврелий вспомнил записку Линден, повелитель не интересовался Марком. Придется подготовить парочку липовых фактов и поторопиться с убийством музыкантов и Линден, они знают много лишнего, будут свидетельствовать против него. Но, в принципе, с этой версией все в порядке, защита рода –священная обязанность каждого римлянина. Убийство личного секретаря. И что? Обычный раб, не римлянин, такие убийства римский закон не запрещает. Обвиним его в воровстве или шпионаже. Или даже лучше, в попытке отравить своего хозяина, на яд можно будет списать свое физическое состояние. Оставался главный вопрос? Могла ли Ория Паула узнать про готовящийся конец света? Если да, то это опасно. Он скормил Сенату прекрасную версию про угрозу из Лангора, когда уговорил их объявить эвакуацию римлян. Правда Сенат не обрадует, они все –трусы, слишком сильно боятся вторжения повелителя зла и падения границ между мирами. «Нужно убить Дарелла и всех не-римлян в ордене», обидно, но орден исчерпал себя. Римлян там и так почти не осталось, его настоящие союзники почти все погибли на крыше стадиона Ламаса. Может ли Катулл свидетельствовать против него? Это был сложный вопрос, Катулл был связан клятвой ордена, но он был и человеком Теоса. Аврелий завис, мысленно оценивая тонкий баланс клятв, обязанностей и лояльностей Катулла. Нет, это он не сможет просчитать, начала болеть голова. «Все равно она проиграет, у меня все еще сильная партия», скривился, себя не стоит обманывать, те, кто остался, - слабаки и подхалимы, они быстро переметнутся на ее сторону, если почувствуют, что она побеждает. «Все предатели».