Возвращаемся в лагерь как раз к ужину. Прогулка на свежем воздухе и разговоры о будущем, где настоящее масло не сыщешь днем с огнем, а помидоры по вкусу напоминают вату, вселяют в меня зверский аппетит.
В столовой уже яблоку негде упасть: разноцветные головы пионеров склонились над столами. Все сосредоточенно поглощают пищу. Подхожу к столу десятого отряда. Что там у нас сегодня? Ого! Суп с фрикадельками, тушеная рыба с отварной картошкой с укропом, салат из огурцов и помидоров, яблочный сок. Неплохо!
Не тратя времени понапрасну, приземляюсь на стул и, схватив черпак, наполняю тарелку супом из ближайшей кастрюли. Мои друзья-пионеры тоже не зевают: все, и даже девчонки, буквально набрасываются на еду. Вот что делает с юными телами бодрящий морской воздух и хороший рассказ экскурсовода о космических полетах!
Суп приготовлен великолепно: фрикадельки мягкие, сочные, в меру острые. Тушеная рыба — банальный минтай — в исполнении поваров «Орленка» напоминают мне блюда из лучших ресторанов Москвы. Или, может, проголодавшемуся подростку просто так кажется?
Насытившись, запиваю еду яблочным соком. Черт возьми, что за божественный нектар! Сколько разных соков я перепробовал в своем, покинутом, мире, но что-то подобное по вкусу мог предложить, разве что, сок «Рич». Но он и стоил как крыло самолета.
Голод побежден и, неторопливо потягивая сок, я посматриваю на ребят, прислушиваюсь к обрывкам разговоров. И самое частое слово, которое до меня доносится — «бассейн».
Пока я пытаюсь сообразить, что еще за испытание приготовила мне попаданческая судьба, в столовую входит физрук Анатолий Васильевич. Под мышкой у него неизменный мегафон.
Физрук берет мегафон в руку, подносит ко рту и, явно стараясь сдерживать луженую глотку, сообщает:
— Товарищи пионеры! Приятного всем аппетита! Как вы знаете, сегодня День бассейна для десятого, семнадцатого и двенадцатого отрядов! Покушали, убрали тарелки — и марш по комнатам за плавками, купальниками и помывочными принадлежностями! Жду в холле, кто опоздает — получит сотню отжиманий!
День бассейна, значит. Бассейн — это неплохо, но вот одно меня смущает: в семнадцатом отряде находится Анастас Швабрин, а в двенадцатом — Самвел Погосян. Неудачно сложилось. Ну, да что поделать.
Отношу тарелки и спешу к лестнице. Вездесущий Колька следует за мной, как Голлум за Фродо Бэггинсом.
В комнате 217 царит суета: помимо Швабрина, еще несколько мальчишек представляют семнадцатый отряд, и потому активно собираются в бассейн. В том числе, Леня Рыльцов и Сережа Зябликов. С этими парнями я за все время в «Орленке» хорошо если перекинулся десятком слов, но все же их присутствие вселяет некоторую уверенность: Швабрин и Погосян явно побаиваются Леню и Сергея.
Я вытаскиваю из тумбочки плавки и полотенце. Вроде бы, готов.
Мы выходим из комнаты с Колькой, спускаемся в холл. Физрук Анатолий Васильевич и вожатые отрядов уже здесь. Анна Андреевна, сияя загорелыми плечами в легком цветастом сарафане, проверяет у десятого отряда наличие полотенец.
Я с интересом рассматриваю пионеров из двух других отрядов. В семнадцатый, очевидно, определили спортсменов. Крепкие, рослые парни. Девушки все как на подбор — спортивные, загорелые. Одна, стоящая в окружении подружек, привлекает мое особое внимание. Улыбчивая, фигуристая, с великолепной грудью, эта пионерка как две капли воды похожа на американскую актрису Сидни Суини. Хорошая такая смена в «Звездном» этим летом! Одна девчонка похожа на Скарлетт Йохансон, другая — на Сидни Суини.
— Алисой Селезневой любуешься, Дениска? — шепчет мне в ухо Колька. — Не ты один!
На мгновение мне чудится, будто рыжий имеет в виду героиню книг Булычева, однако я тут же понимаю: Алиса Селезнева — это наша грудастенькая «Сидни».
Но Ларионов прав: не одного меня заворожили изумительные изгибы Алисы. Анастас Швабрин, стоя позади Селезневой, пожирает глазами попку, плотно обтянутую шортами. При этом, он успевает бросать злобные взгляды на меня — заметил, паразит, как я на Алису пялился!
Я отворачиваюсь. Дениска, мать твою, что ты творишь, малец⁈ Чай, не подросток пускать слюни на груди и попку, даже на такие отменные, как у Селезневой. Швабрин, вон, теперь сущим волком смотрит. Очевидно, увидел во мне соперника.
Ругая себя за неосторожность, я искоса рассматриваю ребят из двенадцатого отряда. Это четыре парнишки, включая знакомого мне Самвела Погосяна, и три девчонки. Все — черноволосые, загорелые. Одна армяночка, стоит признать, на равных конкурирует с Олей Синявиной и Алисой Селезневой. Длинноногая стройняшка с сочными губами, миндалевидными глазами и с роскошной копной черных волос так и притягивает взгляд. Стоит, болтает с подружками, белозубо улыбаясь. Но вот глаза армяночки устремляются на меня, и я едва успеваю «опустить очи долу». Мне еще не хватало конфликта с Погосяном или другим членом двенадцатого, «кавказского», отряда.