- Обсерватория, как я понимаю, хотя не спец по этим вопросам, но предполагает наличие телескопа. Ну там, на звезды смотреть, на Луну. Я прав?
- Прав. И на солнце тоже. Через фильтры.
- Тогда, тем более. Будут ночью смотреть на звёзды, а днём на солнце, это же неземная красота?
- Неземная. - Она улыбалась, глядя на меня. Я тоже.
- Вот. А вторая неземная красота, это некая девушка с французской косой, по имени Людмила. И я даже не знаю какая из этих двух неземных красот будет затмевать собой другую неземную красоту.
Продолжая с ней танцевать, смотрели друг другу в глаза и улыбались. И тут она покраснела.
- Что прямо так и неземная? Или это так, чтобы лапши на уши навешать?
- Почему обязательно на уши? Я что, похож на враля?
- Ты даже не представляешь, на сколько похож. У тебя одни глаза твои, бесовские, как бы сказала моя бабушка, чего стоят.
- Почему они бесовские? Я, между прочим, крещённый. Меня бабушка в тихушку от родителей, пока я маленький был крестила.
- А что, у крещёного не могут быть бесовские глаза?
- С чего ты взяла, что они бесовские?
- Тёмные, даже практические чёрные и большие. Ресницы тоже большие, как у девушки. Когда в твои глаза смотришь, кажется, что там у тебя тьма колышется. Мне бабушка моя про такие глаза говорила. И советовала держаться от таких мужчин подальше.
- Я бы хотел познакомится с твоей бабушкой. Уверен, я бы сумел изменить её мнение.
- К сожалению, бабуля умерла два месяца назад.
- Сочувствую. Бабушку любила?
- Любила.
- Ну что, Люся, сваливаем отсюда?
Она оглядела всех присутствующих. Мы продолжали медленно двигаться в танце. Потом глянула на меня и лукаво улыбнулась.
- А давай! А куда пойдём?
- Просто погуляем. Погода прекрасная. Чего здесь сидеть? Сейчас ещё немного и народ окончательно напьётся. Оно тебе надо?
- Согласна. Пошли.
Мы подошли к молодожёнам.
- Молодые, - обратился я к ним, - мы отлучимся. Но вы не скучайте. Счастья вам. - Я смотрел на Рыжего и подмигнул ему. Он мне в ответ, кивнув на Людмилу. Он всё понял. Люся попрощалась с невестой и мы свалили. Да, уходя я захватил со стола целую, не открытую бутылку шампанского.
- Олег, а зачем ты шампанское взял? - Спросила меня моя "француженка".
- Пусть мы и ушли со свадьбы, но праздник то продолжается. Тем более, это просто шампанское. Ты же пила его?
- Пила. Ладно.
Мы шли с ней вдоль улицы Коминтерна. В сторону кинотеатра "Родина". Трамваи тогда по этой улице ещё не ходили. Линию только начали делать. Ещё даже рельс не было. Люся взяла меня под руку. Я ей рассказывал анекдоты и смешные истории из армейской жизни и из уже на гражданке. она смеялась, тоже рассказывала мне случаи из студенческой жизни.
- Знаешь, я ведь из дома сбегала, в универовскую общагу.
- В Иркутске?
- Да. А ведь нам, ангарским, там мест не давали. Так как города близко, ничего и на электричке поездите. А я сбежала, на первом курсе. Папа с мамой приезжали, пытались меня забрать оттуда. Но потом смирились. Я у девчонок жила, с моей группы. Они то все приезжие. А потом Светка, моя подружка, одногруппница, договорилась с комендантом. И мне разрешили там жить. Родители привозили туда картошки, овощи консервированные. Так что наша комната была самая сытая. К нам поесть под разными предлогами парни постоянно хотели пробраться. Но подруги у меня боевые, палец в рот не клади. - Она смеялась. Я тоже с ней.
- А почему сбежала?
- Понимаешь, меня очень строго воспитывали. Папа меня до десятого класса со школы встречал. Гулять мне разрешалось до девяти вечера. О каких-то свиданиях с мальчиками даже речи не шло. Один раз папа нашёл мой дневник, который я вела. Девчоночий. Прочитал, потом порвал его, начал кричать на меня, на маму, что воспитывает такую дочь. За тройки мог ремнём меня по заду наказать.
- А что такого в твоём дневнике было? Признание в любви к какому-нибудь однокласснику?
- Нет. Но там были стихи Есенина про любовь. Я их в девятом классе переписала в свой дневник.
- За стихи Есенина про любовь?
- Да.
- Жёстко.
- Не то слово. Контроль тотальный. Никакой косметики. Не дай бог губы помадок подведу или глаза тушью. И всё это пока школу не окончила. А тут я поступила в университет. А там другая жизнь. Вот я и сбежала к девчонкам.
- А сейчас как?
- Сейчас контроля меньше, конечно, но всё равно. Просто сейчас каникулы, лето. Пришлось съехать с общежития. Да и подруги все разъехались. Вот вернулась к родителям. Теперь постоянно езжу на дачу. Работать. Достало уже. Хорошо, что к подруге на свадьбу отпустили.
- Но косметикой уже пользоваться тебе можно? - Я видел подведённые, причём умело глаза, губы.
- Косметикой можно. Всё-таки я не школьница, да и 19 лет как-никак. - Некоторое время мы молчали, не торопясь идя по улице. Я всё посматривал на неё. Она нравилась мне всё больше и больше.