Судят по делам. Дела мы делаем хорошо, это знают все, потому терпят и помогают. Мы, лабинцы, парни с Новочека, Новочеркаска, две оперативные дивизии Северо-Кавказского округа, оказались самыми подготовленными, хотя никто нас особо не учил. Жизнь нас заставляла сдавать разные зачеты этим летом в Дагестане. И до этого, там же. Третья командировка для моего призыва последняя, это ясно, командиры желали бы оставить весенний призыв девяносто восьмого подольше, но слухи про день за три уже вовсю гуляет по батальонами, батареям, ротам и отдельным взводам. Следующий год обещает дом и мир, спокойствие и тишину. А пока уж как есть. Да никто и не жалуется, воевать не пыль на плацу мести, всяко живее да веселее.
Сухая осенняя пыль летит со всех сторон. И колонна вкатывается в нее, втягиваясь в поворот. Впереди у нас скорая зима, Гудермес и Аргун. Впереди дорога домой. И немножко войны.
Мотор и Дизель
Опель – Кадетт, Шевроле – Блейзер, джинсы – Мавин? Да шиш. И даже джинсы = трубы не совсем правда, вот Motor и Diesel, тут так точно, ровно доктор прописал на конец девяностых. Точно вам говорю, они как одежда Into для офисных мужчин начала нулевых.
- Мне куртку только с капюшоном купят! – заявила моя соседка по парте. – Самую модную.
Моды со стилями девяностых менялись ровно как сейчас. Время способствовало и даже вся нелепица девяносто второго с третьим порой не останавливали модников с модницами. Хотя, чего уж, наполняемость кошеля родаков играло знатную роль. Само собой, что родаков, мы-то все девяностые в основном учились, росли, тренировались, шатались взад-вперёд, огребали свежих с горячими, сами накидывали за дело и под руку подвернулись, смотрели новинки пиратов, а наши пираты самые корсарские в мире и, под конец свято-лихого десятилетия, немного и далеко не все, повоевали. В общем, всё стандартно.
Меняются времена, не нравы, а люди, уж тем более, вот люди-то остаются сами собой.
- Вот тут, за занавеской, меряйте.
«За занавеской», в густой мороз, на рынке, когда в трусах легонько позванивает – приключение для сильных духом. О-о-о, рынки той далёкой поры первичного накопления капитала, как вы были прекрасны, как чудесны, как волшебны и как долго не кончались.
Здесь, сперва стихийно, потом организованно, продавали всё подряд, уж из шмотья так точно. Ни о каких ТРК, даже самарском Колизее, в первую половину свободных и святых, лихих и проклятых, никто не думал. Шмотки? На рынок, куда ж ещё!
Здесь находился настоящий Ливайс, хотя никто не звал джинсы имнно так, предпочитая Леви Страус.Здесь, до поры до времени, вполне имелась настоящая и порой хорошо выделанная кожа. Здесь же, по всем известным народным приметам, куртки из кожи молодого дермантина проверяли бычкуя сижки. Дымили все подряд и найти такой определитель было легче лёгкого. А уж заподозрить кожзам, устойчивый к относительно короткой термальной обработке, заподозрить такой кожзам в понравившейся шмотке… просто грешно. И даже два ливня подряд в такой типа коже, ни капли не сморщившейся, на мысли не наводили. Ну, рожоного ума нет, так никакого не дашь, чо.
Девяностые, начавшись с лосин и варёнок, проскочив через синтетику абибасов и фланелево-лесорубные рубашки, к экватору выбрались с хорошим запасом потребностей народонаселения. Челноки ещё ишачили сами на себя, клетчатые баулы пропадать даже не думали, а туры в Грецию за-ради шубы и настоящей кожанки пока оставались мечтой большинства. Потребности людей, пятилетку выживания закончивших с отличием, говорили о многом, включая какое-никакое, а качество.
К зову русского люда прислушались на Туретчине. И так хорошо, что спустя тридцать лет легко узнать своих по волшебному паролю «джинсы мотор». Ну, или «дизель». Есть с чего.
Они носились на самом деле долго. Плотный хлопок, хороший крой, качественная фурнитура. Сделай такие чуть раньше выхода «Прожектора Пэр… перестройки» и замени «Сельский час» на лёгонький прон в духе «Пентхауза» в субботу вечером, глядишь Союз бы выстоял. Но вышло, как вышло и свои сливки извечные вражины русского человека, потомки османских янычаров получили в полной степени.
- Ты чё трубы не хочешь?
- Резинки бы купил. Чёрные…
- Их только геи носят.
- И Металлика.
Богу – богово, кесарю – кесарево, пацанам – пацанское, а нефорам – своё. Мой старший братец отмахивался от времени «Парка Горького» ровно инквизитор от знакомства с ведьмами и еретиками, а моё желание купить джинсы в обтяг, ровно Метла образца Чёрного альбома, считал за придурь. И не иначе.