«Чистилище» умудрились показать на Первом канале. Зачем и почему – ответа не нашел до сих пор. Понятно, это был заказ, это было специально, это требовалось. Были бы живы кинотеатры, только-только поднимавшие головы, показали бы там. Как «Адмирала» или «Движение вверх!». Но оставались только старые-добрые голубые экраны, процентов на пятьдесят показывающие в цвете даже в деревнях, и смогли только так.
- Коробочка, хорони ребят!
Т-72 и хоронил, наматывая крупным планом блестящие красные кишки.
Ельцин и остальные хорошо понимали цену всем договоренностям. Война на Кавказе, уснувшая на сто лет, не могла заснуть после Буденновска и кошмара Первомайского. Война просто решила взять отпуск. Напомнить стоило, они напомнили, пацаны увидели и смогли даже победить страх. Этого убежавшего ужаса хватило на девяносто девятый и вторую чеченскую, названную красиво и современно: контртеррористической операцией на Северном Кавказе.
Только пулям было все равно как дырявить старые бушлаты, даже не думающие о «цифровой» форме от Юдашкина: на войне или на КТО, они просто делали свое дело, убивая, калеча и не давая вернуться домой недавно смотревшим чертов фильм Невзорова.
Плохо или хорошо поступил Невзоров? Не знаю.
Через несколько лет, пятнадцать месяцев выполнения служебно-боевых задач, двух погибших офицеров и несколько погибших пацанов, увидел «Войну» Балабанова.
- Вам куда надо?
- Туда.
- Ну вы на всю голову ебанутые!
И вот именно здесь была правда. Настоящая и без намотанных кишок. Но спорить о правде «Чистилища» не имею никакого права. Я не был в Грозном девяносто пятого года. И вообще в нем не был, остановившись в паре десятков километров в девяносто девятом.
Девяностые и на вкус как «Чистилище»: вязкие, соленые, кровавые. И не забываемые.
«Маска» и вареная джинса
Варенки стали важнейшей частью моды самого конца СССР. Вместе с химией на головах, рок-музыкой и лосинами. Потом варенки взяли и пропали, как и все типа модное – неожиданно и сразу. В двадцатом веке им осталось воскреснуть ровно один раз и то, не совсем джинсами.
Джим Керри корчил уморительные рожи и заставлял смеяться весь мир. В Россию, чуть не умершую в судорогах демократических перемен, веселый лицедей попал с небольшим опозданием. «Маска» добиралась до пока еще редких видаков с 95-го по 96-ой. «Тупой и еще тупее» оказались оперативнее, да и видеоплейеров в народе прибавилось.
Нам было по пятнадцать-семнадцать и на наш, несколько завышенно-наглый взгляд, мир должен был принадлежать именно нам. Братки в кожаных куртках, лысые и быковатые отморозки, ставшие мечтой каждого второго пацана, к середине девяностых начали понемногу умирать. Цветастые спортивные костюмы из полиэстера уходили нехотя и тяжело, как динозавры, уступая дорогу двухцветной спортивной классике, с небольшими изменениями дожившей даже до 2018-го. В головах изменения происходили куда медленнее, порой заставляя восприятие мира застывать аки айсберги в океане.
«Маску» я посмотрел одновременно с неожиданно-нужной покупкой самой настоящей вареной джинсовой куртки. Мешковатой, смахивающей на те самые кожанки братков по фасону, с каким-то круглым оттиснутым клеймом на всю спину. Большего дерьма, чем та варенка, больше никогда не встретил. Своей обычной джинсовке, еще летом после девятого класса, отпорол рукава, нацепив спереди сколько-то звездочек от погон и покрыв ее страшно-уродливыми рисунками черепов и крестов.
Как подобная хрень возникала в воспаленных юношеских мозгах – объяснить сложно. Но почти панковские вещи эпохи 80-ых, на какой-то крайне краткий момент, вдруг восстали из мертвых именно в 95-ом. Обрезанных джинсовок вдруг оказалось так же много, как тупо вареных курток из Китая.
С ней-то, светло-голубой идиотской хренью, чуть не попал. Хотя, наверное, сам виноват.
Если вещи одинаковые и все хотят быть как из инкубатора, несложно и перепутать кого-то. Особенно ночью, когда фонарей становилось все меньше, а выжившие светили куда как плохо.
- Стоять! – из-за спины.
В пятнадцать и в девяностые очень важно было совместить две вещи: не опозориться-лохануться и одновременно остаться целым. Взгляд назад показывал наличие двух взрослых мужиков, несущихся со мной куда там Джиму Керри в зелено-скалящейся маске. От мужиков убегать было не в падлу, мало ли, вдруг менты?
Откуда перся тогда в полночь? Да кто ж сейчас вспомнит? Спустя полгода все ночные загулы были связаны исключительно с девушками. А тогда – мог просто просидеть с пацанами сколько-то времени.