В точках перехода в интернате – ранние годы, поступление; детство, обучение; юность, выпуск – заботу над Фоксом брали внешние силы. О нём заботились управленческие подсистемы в киберцентре поселения. Именно они оценивали потенциал личности и выявляли перспективы дальнейшего роста.
Конечно, у Фокса имелись смутные представления о переходах. И гарантировать их точность не смог бы никто, даже приёмный отец Мартен. Тот взял мальчика на попечение в последние годы пребывания в интернате.
А картины прошлого у самого Фокса как бы раздваивались.
Вот он лежит в горизонтальном положении в окружении поддерживающего силового поля. Помнится, тело соединялось с системами жизнеобеспечения, которые следили за правильным развитием организма. Тело росло и изменялось, а положение оставалось одним и тем же.
А вот другая серия образов, буквально рядом с предыдущими. Фокс достаточно точно мог бы заявить, что играл с друзьями, посещал занятия, увлекался хобби. Откуда иначе его навыки социального общения, полученные знания и стремление к образам из старой сказки? Конечно же, юноша не мог более десяти лет пролежать в бессознательном состоянии!
В памяти всплыла дружба со сверстником по имени Бивер Сикс. Они убегали с уроков, мастерили воздушных змеев, запускали их с горы. Родное поселение располагалось на склоне одной из таких. Разве не очевидно, что интернат стоял где-то здесь же?
«Перед отлётом на спутник Саффара надо бы встретиться с Бивером, вспомнить прошлое», – подумал Фокс. Ему вдруг захотелось пережить лучшие моменты детства. Другу, кажется, нравился альпинизм? Вот и чудно, можно будет расспросить, на какие вершины успел взойти после окончания интерната.
Во время обучения Фокс показал отличные результаты в тестах. Они выявили склонности к роли стража. Поэтому Фокс интенсивно изучал лётное дело, тактики ведения наступательных и оборонительных боёв и прочее в том же роде. А куда делся Бивер вспомнить оказалось нелегко.
Возможно, друг выбрал иную траекторию, скажем, кормильца. Наверное, стоит поискать его следы на горнорудных разработках, которыми славятся отдалённые планеты. Вот, скажем, Шинор в системе звезды Гуджарат...
Если Бивер стал кормильцем и улетел с Зандара, то встреча, конечно, отложится. Но в принципе она возможна. В любом случае, Бивер продолжает вносить вклад в общее благо Галактики и вряд ли разочарован выбранным путём в жизни.
В голове Фокса проносились мысли о плюсах и минусах интеграции в сеть. Он думал о возможностях быстрого обнаружения машин вне режима стазиса и о преодолении трудностей, связанных с этим.
Всё-таки он мог собой гордиться. Что помешает преодолеть снежную преграду на пути к цели? Какие вообще преграды страшны истинному зандарцу? Главное делать правильный выбор!
«Слава героям прошлого, мы, зандарцы – народ самостоятельный. К чему слепо полагаться на носителей машинного разума?» – думал Фокс, пока нога его погружалась в снег, выскакивала из него и снова погружалась.
Он шёл к посадочной площадке гравимобиля по склону горы, и его накрывала тень переживаний. «О, если бы я оставил интеллектуальную систему активной! Уже поднимался бы на борт». И тут же одёргивал себя: свобода выбора требует жертв!
Глава 7
Информация из сети указывала, что Фокс на месте. Посадочная площадка находилась где-то здесь, в радиусе нескольких десятков метров.
Правда, возникла существенная трудность. Во время пребывания Фокса под поверхностью, снег и ветер сделали своё дело. Вся посадочная площадка оказалась погребена под многометровым слоем осадков.
Конечно, даже Зандарский снегопад не способен привести к таким последствиям столь быстро. Помогло расположение на склоне, из-за которого массы снега смещались вниз и «помогали» снегопаду. Ветер же просто завершил начатое и подровнял громадный сугроб сверху.
«Не беда, – подумал Фокс. – Гравимобиль не настолько мал. Должен же я заметить под снегом хотя бы его очертания». Он встал на поверхность предполагаемой площадки – твёрдой уверенности в верности выбора не было – и сделал пробный шаг. И тут же пожалел о своём скороспелом решении.
Снег успел засыпать место хранения гравимобиля. Сила тяжести поспособствовала скатыванию плотных масс. Но работа ветра до конца не завершилась. Снег продолжал перемешиваться и твёрдую поверхность образовать не успел.