Интимная близость у нас случалась по выходным в квартире Геры. Всё по стандарту: лёгкий петтинг, осторожное проникновение, смена позы, оргазм. Не мой, правда, но к этому я привыкла. Влада первое время устраивала классическая поза, пока я сама не предложила трахнуть меня сзади. Я стояла на коленях на кровати, руками опиралась на стену, спина выгибалась почти на девяносто градусов, сзади открывался неплохой вид – сама себя фотографировала, знаю. В такой позиции по телу с особенной остротой бегали мурашки, когда Влад проводил рукой по моей спине, груди, прижимаел к себе, кончал с хриплым выдохом.
Под наши «брачные игры» заботливый Гера нам выделил гостевую комнату и предложил заходить в гости в любое время. Он так и не рассказал, кем работают его родители, но отсутствовали они по несколько месяцев, а огромная квартира была предоставлена сыну. Я заметила, что Гера не любил говорить о двух вещах: о родителях и о деньгах. По стильной четырёхкомнатной квартире в центре было заметно, что его родители, как минимум, миллионеры, что его почему-то дико смущало.
В седьмом классе забитого мальчика Гришу Герасимова приметил староста класса и его лучший друг – взяли в свою компанию, а щуплый задиристый мальчишка Саня Левин сказал, что имя Гриша отстойное и ему совершенно не проходит – теперь он будет Гера. Он всегда держался в тени друзей, а из маленьких кусочков рассказов о нём я сложила пазл: он стеснялся своей состоятельной семьи. Гера одевался в дешёвых магазинах и вёл себя слишком неприметно, будто боясь выделиться среди друзей. У ребят родители работали на самых среднестатистических работах и за самую среднестатистическую зарплату: отец Влада трудился в МЧС, у Артёма оба родителя работали на стройке, Лексу приходилось с пятнадцати лет искать подработки из-за алкоголизма матери и стареньких бабушки с дедушкой, а мама Левина работала в продуктовом магазине формата «у дома», пытаясь обеспечить сыну-раздолбаю нормальную жизнь.
Гера же всеми силами старался затеряться среди друзей, даже на барабанах решил играть только потому, что во многих рок-группах на барабанщиков фанаты обращают меньше всего внимания. А ещё Гере катастрофически не везло с личной жизнью, ведь девушки его тоже не замечали. Кто посмотрит на долговязого тихоню, когда рядом такие харизматичные парни?
А ведь Гера отличный парень: начитанный, забавный, кое-где даже симпатичный. Общаться было с Герой одно удовольствие, особенно спустя пару бокалов вина. Такой разговорчивый становился, под конец общения уже не оставалось сил ни с кем больше разговаривать.
Каждые выходные мы с Владом ночевали у Геры – когда играли втроём в настолки до утра, когда устраивали шумные вписки с ребятами. Один раз наведывалась Лера, но спустя пару часов умотала к друзьям Евы. Я думала, просто из-за того, что Левин притащил свою Аллу, но перед уходом она мне шепнула, что мои друзья – это уже давно не её уровень, а потом добавила «Настён, хоть твой Влад и самый нормальный из всех, но блин, ты же выше всего этого. Если надумаешь сменить круг общения, пиши». Это был такой хлёсткий удар, что потом я все выходные ходила подавленная, даже Гере с его самоиронией не удавалось меня встряхнуть.
Самоиронии в нём было столько же, сколько во мне негатива, но показывал себя настоящего он только в нашей маленькой компании. Гера называл себя лопоухим ударником, открыто шутил про свою вечную девственность и про то, что на День рождения хочет резиновую куклу. Это было смешно и одновременно печально. Когда мы с Владом уходили в выделенную нам комнату, я замечала провожающий нас тоскливый взгляд. На месте Геры, мне было бы безумно тяжело наблюдать, как у лучших друзей бурлит личная жизнь, а сама я провожу ночи в одиночестве. Хотя кого я обманываю? Я была на месте Геры очень долго.
Сегодня вечером Влад и Гера запланировали научить меня играть в одну очень занимательную игру, которую они раздобыли в клубе настольных игр. Влад признался, что это самая интеллектуальная игра в его жизни, отчего моё и без того вялое желание учиться стало ещё слабее.
Игра рассчитана на четверых, а нас было всего трое: двое энтузиастов и я, которая молилась о том, что последнего игрока мы не найдём. Так и произошло: никто из ребят желания не проявил, я даже Еву ради прикола позвала – она посочувствовала мне и от всей души пожелала удачи, запланировав очередную вылазку в клуб. Гера не расстроился, а вот у Влада настроение испортилось. Он уже полчаса уныло тыкал в экран Самсунга, на автомате перебирая мои волосы.