Что я с ним делала?
“Скажи, у меня есть шанс все исправить?”
“А у меня..?”
Слезы скатывались по шее, раздражая кожу солью. Я прислонилась к стене, стояла, прибитая гвоздями, не смела пошевелиться. Оскар пошатнулся и медленно спустился на колени.
“Останься сегодня, пожалуйста,” тихо попросила я и села напротив.
Мы сидели на полу, молча смотря друг другу в глаза. Оскар дотронулся до моих колен и нежно их обхватил. Они помещались ему в ладонь. Пальцы лежали на внутренней стороне колен. Расправив их, он спустился по ноге вниз и, развернув ладони, обхватил бедра и потянул к себе. Я наклонилась вперед и провела большим пальцем по щеке, скуле, коснулась линии роста волос и прошла по уху. Мне нравилось к нему прикасаться. Оскар наклонился в ответ, до моих губ оставался сантиметр. Ухватив его за нос, я закрыла глаза и улыбнулась.
“Ты пьян…”
“Ну, говорить же я смог.”
“Хочешь чай?”
Оскар утвердительно кивнул. Я встала и налила воды в чайник. Пока он кипятился, я искала нужную заварку из цветов и трав с добавлением сушеного апельсина. Оскар сидел на полу, вытянув одну ногу вперед. Я насыпала заварку и поставила на стол глиняные чашки, покрытые серой глазурью.
“Что случилось с твоей мамой?”
Оскар стукнул затылком об стену и прикусил нижнюю губу. Сжав кулак, он ударил по коленке и еще сильнее сжал губы, глаза сузились. Я видела, как он пытался найти слова, не то, что нужные, а хоть какие-то. Он поморщился.
“Она… я н.. не знаю, где она…”
Оскар отвернулся. Я видела, как заблестели его глаза. Он нервно разглаживал складки на штанах и стряхивал невидимую пыль. Неловкая пауза слишком затянулась.
“Когда ты в последний раз слышал о ней? Ее местонахождение или, может, работа? Что-то известно?”
“Нь.. не помню. Я знаю ее имя и больше ничего. Мэг, я ничего не помню…” Он посмотрел на меня глазами, полными печали, которая готова была выплеснуться наружу.
“Она живет в Америке?”
“Возможно, Холтвилль, Калифорния.”
“Оскар,” Подпрыгнула я. “Холтвилль носит звание неофициальной морковной столицы. Именно там ежегодно, в феврале, проходит Фестиваль моркови. Праздник начинается с избрания “морковной королевы” и продолжается целую неделю!”
“И что с того?”
“Морковная гора! Это не может быть совпадением!”
Я сказала это с такой искренней верой, будто, была полностью уверена в своих словах. Но я понятия не имела, что нужно было делать. Оскар равнодушно посмотрел на ботинок, а затем на меня. В его глазах зажглась надежда, он, вдруг, искренне поверил в мои слова; я успела сто раз пожалеть о том, что их сказала. Виновато прикусив губу, я глядела на него. Оскар отрешенно уставился перед собой и медленно встал. Он пошатнулся и поднял с пола пустую бутылку. Схватив себя за волосы, он стал водить пальцами по кругу, массируя виски, и облокотился на стол. За секунду в его лице промелькнуло больше эмоций, чем когда-либо. Я понимала, что он менялся, что становился “человеком”, а не “роботом”. Меня не покидала мысль, что Оскар будет становится непредсказуемым и, что я могла потерять с ним ту уникальную связь, что объединяла нас и делала нас нами.
Оскар подошел к холодильнику и, немного задумавшись, повернулся ко мне. Его озарило. Он заторможенно сел на корточки и, сцепив пальцы в замок, уткнулся в них. Я свела носки вовнутрь и присогнула одно колено. Оскар провел рукой по моим икрам и коснулся колен. Я напряглась.
“Ты поедешь со мной?”
“Что?”
“Мэгги…”
Наверное, в тот момент я выглядела потерянной, несчастной и виноватой одновременно. Я вжалась в стол, не знала, что сказать.
“Дай мне свой паспорт, я куплю билеты на завтра.”
“Оскар, ты можешь знать наверняка, никто этого не знает. Искать человека, не зная, в какой он стране – глупо. Как иголку в стоге сена..” Мой голос был спокойный и тихий.
“Но это была твоя идея!” Вскрикнул Оскар. “Если честно, мне все равно, со мной ты или нет, завтра я улетаю.”
“Подожди, так нельзя. Нужно во всем разобраться, только потом уже..”
“Да не в чем разбираться! У тебя есть связи в ФСБ? Никто не поможет, если хочешь бороться – борись, а если хочешь выиграть – действуй.”
“Мы что, вот так вот уедем и все? Ты не готов к встрече с ней, ты должен разобраться в себе…”