Буковка. Две циферки. значок градуса.
Буковка. Три циферки. Значок градуса.
Координаты были изящно написаны ярким тонким слоем. Ничего не расплывалось и отдавало оттенком зеленого или синего. Я спустила ноги и села на край, чтобы достать до пола. Переводя взгляд с татуировки на Оскара, а затем на мастера, я встала и подошла к окну, чтобы рассмотреть ее при дневном свете.
“Ну как?” Протирая инструмент, спросил Чарльз.
“Покажи,” Оскар взял мою руку.
У меня пропал дар речи. Я запрыгала на месте, а потом кинулась на шею Оскару и крепко поцеловала в щеку. Он тихо посмеялся и сел на мое место, подставив левую руку. Наблюдая за тем, как Оскар морщился, хмурил брови и прикусывал нижнюю губу, напрягая шею и стискивая зубы, я стояла рядом, хихикая и улыбаясь до ушей.
Глава 21
Мы выскочили на улицу, и Оскар закружил меня в поцелуе, но я выставила пальцы перед его губами, мягко коснувшись их.. Уперевшись в его руки, я увернулась, чтобы у него не получилось ещё раз меня поцеловать. Оскар прижимал меня к себе, держа обеими руками за спину. Его брови дрогнули, но он улыбка не слезала. У меня сильно стучало сердце, отдаваясь в грудь Оскара и копируя ритм его сердца. Он был максимально спокоен и уверен в себе. Я это чувствовала и от этого ещё больше начинала нервничать. Он сглотнул и облизал обветренные губы. Встав плотнее ко мне, хотя, казалось, ближе некуда, он загнал меня к фонарному столбу. Оскар не моргал, хитро смотря прямо в глаза. Его рука, лежащая у меня на спине, медленно коснулась живота, отчего я невольно вздрогнула, и пролезла под кардиган. Она снова была на спине, но уже касалась комбинезона. Я почувствовала холод от рук Оскара, пробежавший по позвоночнику, моя спина была горячая. Я стиснула зубы и не моргала. Оскар наблюдал за моей реакцией. Он сгибал и разгибал пальцы. Я впилась в его плечи, сжав кофту. Оскар сделал шаг, и я оказалась прижатой к столбу. Я глотала воздух ртом, все сильнее впиваясь в Оскара. Ему нравилось наблюдать за мной, и меня это начинало пугать. Я резко оттолкнула его и отошла в сторону, обхватив себя за живот. Я спустилась на корточки и сжалась. От асфальта жарило, как от печки. Местами было похоже, что он дымился, распространяя сильный противный запах. Меня затошнило.
“Я не могу.”
“Что-то случилось?”
“Я не могу…”
“Мэгги,” Оскар попытался поставить меня на ноги.
“Отвези меня, пожалуйста, домой…”
Оскар кивнул и приобнял за плечи. Меня морозило и трясло.
Мы вернулись в отель. Я сразу же завалилась в кровать, не снимая обуви. Натянув рукава, я также натянула на голову капюшон и поджала под себя ноги. Оскар принес стакан воды и сел на край, смочив губы холодной водой, я отставила стакан и вскочила с кровати, убежав ванную. Закрывшись там, я склонилась над раковиной и открыла кран на полную мощность. Отрегулировав его в горячую сторону, я подсунула под струю воды ледяные ладошки. Я сделала руки лодочкой и набрала туда воды, брызнула в лицо и оперлась на раковину. У меня дрожали губы. Я принялась разглядывать пятна от высохшей воды на кране, свое отражение в зеркале, кулон Оскара, судорожно раскачивавшийся над керамической раковиной, дрожащую футболку на груди. Ноги стали подкашиваться, и я сползла на пол. Воды продолжала бежать. Я постепенно теряла сознание.
Я очнулась в кровати, укрытая толстым одеялом. Пошарив руками, я обнаружила себя в длинной свободной пудровой футболке с мелкими-мелкими вкраплениями синих точек. Заправив за ухо прядь волос, я огляделась – одежда была аккуратно сложена на стуле. Времени было около 7 вечера. Я хотела есть. Приложив тыльную сторону ладони ко лбу, затем к шее и груди, я проверила температуру. Кожа остыла. Я села, скрестив под одеялом ноги, и выпила воду до дна. Руки еще немного тряслись. Раскрыв колени, я отбросила тяжелое одеяло в сторону и встала, нащупав под кроватью белые тапочки из отеля. Оскара опять нигде не было. Футболка доходила мне до середины бедра и пахла Оскаром… Снаружи разблокировали дверь, на пороге появился Оскар. Я натянула футболку чуть ли не до колен и пошатнулась.
“Ты как?”
“Проголодалась,” тихо ответила я.
“Отлично, я заказал нам еду, сейчас уже привезут.”