“А что.. а что, если я…” По щеке скатилась слеза.
Оскар “умыл” лицо, смешав слезы с дождем, и схватившись за волосы, сел на деревянное крыльцо. Он сидел, склонив голову над землей, не моргая и ничего не произнося. Я видела, как его трясло. Капля едва заметной струйкой скатилась с нахмуренного лба и повисла на кончике носа, дрожа с каждым его вздохом. Ураган не утихал, и оставаться на улице было опасно. Оскар встал и подошел ко мне. Он навис, закрыв собою катастрофу за спиной, закрыв дождь и сильный ветер. Я немного расслабилась и коснулась шеи Оскара. Он напряг ее так, что она казалось каменной. Вода стекала с волос, собираясь в одну большую каплю на кончике носа, и всякий раз, когда от собственной тяжести она падал ему на губы, он облизывал их, не отрывая от меня безумных глаз.
“Но ты только скажи, и мы убежим отсюда. Я обещаю, что буду с тобой до конца, где бы не был этот конец. На дне океана или за этой дверью,” спокойно произнесла я.
Тревога пропала с его лица. Он взял меня за подбородок и потянул к себе. Я встала на носочки и прижалась к его мокрым губам. Ураган задувал ливень прямо на нас; сильнее промокнуть было уже невозможно. Я продрогла до ниточки. Мы обхватили друг друга руками, со всей силы прижавшись мокрыми телами. Мы были холодные, в мурашках. Но нам было хорошо. Уткнувшись друг в друга лбами, мы простояли так некоторое время. Наши носы соприкасались. Я улыбаясь смотрела на Оскара. Было ощущение, что щеки не могли больше улыбаться и болели от напряжения. Оскар держал мое лицо обеими руками. Я чувствовалаа его стрх. Он передавался мне сквозь прикосновения, поцелуй, дыхание. Оскар последний раз поцеловал меня в губы и громко постучал в дверь. Она открылась и на пороге появилась невысокая женщина с волнистыми короткими волосами. Она стояла в зеленом платье в пол и сером потрепанном кардигане. Наверное, она плохо видела, потому что долго щурилась прежде, чем заговорила. Из дома донесся запах жареной картошки. Я забыла, что нужно дышать. Краем глаза наблюдая за Оскаром, я продолжала смотреть на женщину.
“Вы кто?”
Она говорила тихо-тихо, будто, шептала. Взгляд был взволнован и напуган. Я держала Оскара за руку и чувствовала, как он сжимал мою ладонь, чуть ли не впиваясь пальцами. Я попыталась сопротивляться, но ничего не удалось. В нем закипала злость.
“Здравствуйте, меня зовут Маргарет Коннор, я знаю, что вы..”
“Мы ошиблись дверью!” Нагрубил Оскар, прервав меня на полуслове.
“Что ж вы, там такой ураган,” она сглотнула и непонимающе перевела взгляд с Оскара на меня. “Проходите в дом, там переждете.”
Женщина, миссис Грин, неторопливо вернулась в дом. Лицо Оскара переменилось. Я выдохнула и первая зашла во внутрь, он последовал за мной. Хоть Оскар и был у меня за спиной, я чувствовала его шаги, движения и ритм дыхания. Он хотел уйти, я точно знала это.
Домик оказался маленьким. В прихожей стояло две пары обуви – мужская и женская. Все было убрано и чисто. Оказавшись на кухне, я осмотрелась. Стены были выкрашены в оливковый, мебель была светлого цвета с резьбой. Здесь, и правда, пахло жареной картошкой. С плиты шел пар и доносился пряный аромат. Я очень хотела есть.
“Чай?” Засуетилась хозяйка дома.
“Нам ничего не нужно,” пробурчал Оскар.
Я обернулась, и он стыдливо отвел глаза.
“Спасибо, мы бы не отказались!”
“Кого вы искали? Я могла бы помочь,” она зажгла плиту.
“Как благородно.”
“Если честно… Нам нужна Маргарет Кристен Грин.”
Я замерла. Женщина медленно поставила четыре чашки на стол и подняла глаза. Они были опухшие, словно, она проплакала всю ночь. Мне удалось разглядеть их цвет. Голубые, почти, как у Оскара. Она помолчала, а затем кого-то окликнула.