Майская улица оказалась престранным местом. На лугах цвели бородатые ирисы, из‑под кустов выглядывали фиолетовые лилии. Вокруг стояли на цыпочках высокие тощие деревья. Они были обыкновенными, совсем простыми, как будто до них не дошла мана источника. Впереди тянулась широкая каменная дорожка, она вела к мраморному зданию: оно было чуть выше тоненьких деревьев, раскинувшихся вокруг него. Юрген задействовал ману, чтобы распознать местность. Через невысокое здание, судя по всему, можно было войти в библиотеку. Она уходила глубоко вниз под землю, и занимала чуть ли не все пространство Кальки.
Юрген с трудом открыл мраморные тяжелые двери приземистого здания и с осторожностью начал идти по толстому слою пыли, оставляя за собой следы. Впереди за небольшим ограждением стоял взрослый человек с темно‑рыжей бородкой. Прищурившись, он с трудом заметил фигуру Юргена. Когда тот наконец подошел вплотную, он улыбнулся.
– Добрый день, молодой человек. Меня зовут Грег, я заведующий библиотеки, – сказал он Юргену и протянул руку. – А вы, должно быть, тот самый мальчик с неуловимой маной? Так давно не напрягал глаза, очень сложно было разглядеть вас.
– Здравствуйте, – Юрген застенчиво улыбнулся в ответ. – Меня зовут Юрген.
– Ах, Юрген, точно. Очень красивое имя, одно из моих любимых. – Грег расплылся в улыбке, но руку Юргена не отпускал.
– Я пришел, чтобы отдать вам это, – Юрген достал из мешочка несколько свитков и положил их на пыльный парапет. – Это от Глеба, который живет на Малеконской улице.
– Глеб? – Грег задумался, – точно, вспомнил. Да, я уберу эти свитки. Это все?
– Да, – ответил Юрген.
Лицо Грега помрачнело. Он продолжил грустным голосом:
– Как жаль. Я думал, вы пришли сюда, чтобы посмотреть на это удивительное место. В библиотеке всегда так мало посетителей, пятьдесят человек за месяц, не больше.
– Я могу ненадолго остаться, – любезно ответил Юрген. В глазах Грега загорелся огонек.
– Вы не поверите, какое здесь огромное помещение. И оно полностью заполнено свитками! Все что нас здесь окружает – это опыт предков, бесценные знания. Пойдемте скорее, я вам тут все покажу!
Грег вышел из ограждения: высокий, сухощавый и немного сутулый. «Сколько ему было лет? Наверное, сотня точно есть», – подумал про себя Юрген. Они спустились по мраморным ступенькам на первый этаж, под землю на двадцать метров. Холод сжимал пространство: свет казался замороженным, светлячки неподвижными.
– Здесь прохладно, – заметил Юрген.
– Комфортно, – поправил Грег, – видите ли, в нашем деле очень важно подобрать подходящий температурный режим: высокая температура провоцирует мановыделение, разрушающее первичные воспоминания вплоть до полного искажения. Низкая же, напротив, сохраняет их в первоначальном виде.
– Получается, я могу читать чужие воспоминания?
– Именно так, – подтвердил Грег, – ваша мана связывается с маной создателя свитка.
– Почти как…
– Почти как с людьми, – Грег подхватил мысль Юргена. – Механизм передачи информации у всех идентичный. Можно даже предположить, что этот мир был создан одним архитектором.
– Здесь покупают свитки или выдают?
– Выдают в зависимости от возраста. Видите ли, свитки очень сильно влияют на разум. Детям до двадцати лет разрешается брать только обучающие свитки.
Они обошли все этажи, пока не остановились на четвертом. Повеяло холодом и странной сыростью, как в кладовой Густа. Юрген покрылся мурашками. Четвертый этаж походил на музей. Тысячи полок вытягивались в сотни рядов, свитки выглядывали из круглых отверстий, показывая обгоревшие бумажные языки.
– В этом месте нужно поддерживать, так сказать, особую атмосферу, – поспешил объяснить Грег, – вы уже знаете, что температурой создаются оптимальные условия для хранения свитков? Хочу дополнить, что условия зависят от ряда факторов. Например, от возраста и ценности свитков. Так вот, это помещение…
На лице Грега выступил румянец, пальцы задрожали.
– Это помещение хранит в себе сотни. Нет! Тысячи лет, – взорвался Грег. – Этот этаж имеет высочайшую ценность, больше всех, – восторженно воскликнул старик, – даже больше второго или первого, – он ударил рукой по полке, будоража пыль, – а поэтому…
– Грег! – внезапно послышалось откуда‑то издалека.
Запыхавшись, странный мужчина легонько ткнул Грега свертком. Грег мрачно вздохнул, румянец пропал с его старых щек. В свертке была мана Александра.
– Как жаль, я вынужден ненадолго отлучиться, – с досадой произнес Грег. – Небольшой беспорядок на втором этаже. Но вы не переживайте, Юрген! Весь четвертый этаж в вашем распоряжении. Я вернусь спустя несколько минут.