В те годы детей спрашивали: «Кем хочешь быть?», и они отвечали: «Космонавтом». И не было в том иронии (она появилась позже, когда кроме космоса и балета страна не могла представить каких-либо существенных достижений – речь об эпохе застоя). А было восхищение подвигами первых космонавтов. Их отвагой. Их преданностью своему делу.
Действительно, профессия космонавта сформировалась в тот момент, когда первые двадцать кандидатов переехали в Звёздный городок и приступили к занятиям в Центре подготовки. Это были необыкновенные люди…
Одно из качеств, необходимое для этой профессии, вызывает у многих обывателей (воздержусь от слова «у большинства») недоумение. Это стремление к самоотречению. Задумайтесь: ради чего космонавты рискуют жизнью? Ради науки? Но в первом отряде космонавтов не было учёных. Были только лётчики. И потом, разве нельзя исследовать космос без риска для человеческой жизни? Разве сама по себе жизнь не высшая ценность?
И почему, совершив свой полёт, Гагарин не успокоился, пожиная плоды славы, не удовлетворился ролью «свадебного генерала»? Жил бы себе в достатке и почестях…
Вы тоже не понимаете? Поэтому мы и не космонавты.
Французская «Матра» Гагарина.
72. Степень риска
Поговаривали, что внутри отряда космонавтов те, кому посчастливилось слетать в космос, случалось, подтрунивали над теми, кому этого счастья испытать (пусть и до поры) не довелось. Мол, станешь очередной Лайкой.
И тут возникает два вопроса. Первый – кто же такой космонавт? Пилот, без которого полёт корабля в околоземном пространстве невозможен, или… подопытное существо, живой манекен? И второй вопрос: где та грань, за которой риск становится неоправданным? Ради чего всё-таки эти люди по собственной воле переживали тяжелейшие испытания на центрифугах и вибрационных стендах, в барокамерах и в кабине самолёта? Ради чего поднимались в кабину корабля, не зная, вернутся ли они на Землю живыми или нет?
Ответ на первый вопрос совершенно очевиден. Космонавт – это пилот. И Гагарин мог взять управление на себя, если бы того потребовала ситуация. И справился бы непременно, он был отличным лётчиком.
А ответ на второй даёт один щемящий сердце факт… Когда стало ясно, что в лунной гонке побеждают американцы и советское руководство отказалось от дальнейшего финансирования лунной программы, советские космонавты направили руководству коллективное письмо, в котором предлагали отправить их на Луну, что называется, в один конец. То есть они были готовы остаться на Луне навечно. Погибнуть ради того, чтобы утвердить приоритет покорения Луны советскими космонавтами.
Гагарин за рулем «Матры». Он выучился водить машину уже после полёта в космос.
Ясно, что предложение было отвергнуто в принципе. И СССР выбыл из лунной гонки, уступив США этот этап (заметим, и последующие) освоения космоса.
73. Прежде всего – человеческие качества
Знаете, почему первые космонавты до сих пор вызывают у нас восхищение? Потому что эти первопроходцы, как на подбор, были очень хорошими людьми. Хорошими по своим человеческим качествам. Сильные, надёжные мужчины, которые и по завершении карьеры продолжали служить своей стране и своему народу.
О дружбе Гагарина и Комарова ходят легенды. Людей мужественных, повидавших на своём ещё коротком веку немало беды, космонавтов первого набора потрясла реакция Гагарина на гибель друга. Юрий Алексеевич рыдал, как ребёнок, не обращая внимание на окружающих. Приговаривал: «Как же так, Комарик? Как это случилось?» Это было горе настоящего друга…
Космонавты всегда притягивали к себе внимание советских людей. Вспомните Алексея Архиповича Леонова, космонавта «номер 11», первого в мире человека, вышедшего в открытый космос. Художник, улыбчивый, приветливый человек, Леонов был и остаётся любимцем миллионов россиян. Очень популярен Георгий
Михайлович Гречко, пришедший в отряд космонавтов в 1966 году. Остроумный, весёлый, лёгкий человек… Всех не перечислишь. А они достойны восхищения все до одного.
Но Юрий Гагарин в этой череде героев стоит немного в стороне. Столько народной любви, сколько досталось ему, не испытал ни один космонавт. Его не просто любили, его обожали. И пожалуй, только такой человек, как Гагарин, смог правильно оценить эти чувства, не забронзоветь, не уверовать в свою гениальность, не стать звездой в самом худшем смысле этого слова. Даже в зените славы Гагарин оставался космонавтом. А космонавтам самолюбование не пристало.
Гагарин и его друзья космонавты у макета космического корабля, в котором угадывается космический челнок.