Я снова повернулся к девочке с матерью и присел рядом с ними на корточки. Судороги у девочки наконец прекратились, она сделал несколько протяжных, глубоких вдохов, и задышала спокойно и размеренно, как положено спящему ребёнку.
— Теперь она будет спать. — сказал я матери как можно спокойнее. — Отнесите ее домой, и дайте отдохнуть. Когда проснётся, мало что будет помнить, но это нормально. Я буду здесь. Вернётесь без неё, и я вам все объясню, как быть и что дальше делать с этой хворью. Главное, не бойтесь ничего, с девочкой все будет хорошо.
Мать девочки бросила на меня робкий взгляд благодарности и беззвучно, сдерживаясь и кусая губы, заплакала. Ее муж, до сих пор не проронивший ни звука, наклонился и легко подхватил мирно сопящую дочь на руки. Выпрямился и внимательно посмотрел мне в глаза тяжёлым мрачным взглядом. После паузы сказал:
— Будь здесь, юродивый. За тобой придет человек. Вся Москва знает — купец Иван Ермолин добро помнит.
Когда они ушли дальше по улице, я вернулся обратно на паперть. Двух моих "товарищей" уже не было. То ли испугались, то ли решили попытать счастья где-то ещё, пока день не закончился. Тем лучше, мне спокойнее будет. Я опустился на теплую каменную поверхность паперти, и снова привалился спиной к стене. Вытянул ноги. Вот же ирония: первый день в новом мире, и сразу же эпилепсия. Судьба у меня такая, что ли, всегда и везде оказываться рядом с болеющими и страждущими?
Генерализованный судорожный приступ. Дух у нее молодой совсем, слабенький. Не справляется.
Я хмыкнул.
— Так это был ты?
Да.
— И где тебя носило?
В физическом воплощении сложно. Между духом и разумом не должно быть прямой связи. Но у нас особый случай, к тому же связь была налажена ранее.
— Ну, в таком случае, любезный друг, позволь поинтересоваться: что это ты мне устроил? Москва, шестнадцатый век, а я нищий и бездомный. Это ты назвал "хорошим вариантом"?
Все ещё лучше аденокарциномы желудка.
— Да ну тебя...
Спасибо на добром слове. Так что ты планируешь делать?
— Для начала хорошенько вымоюсь. Найду новую одежду. Разберусь, как тут все устроено. Найду жилье какое-нибудь. Придумаю, как на жизнь зарабатывать...
Отличный план. Надёжный, как швейцарские часы. Но я имел в виду девочку.
— А... Объясню родителям, что это за болезнь, что делать при приступе, как устроить быт, чтобы свести к минимуму провоцирующие факторы...
Мы можем ее излечить. Полностью.
— Что ты имеешь в виду?
Дух ответил не сразу.
Ты невнимательно слушал меня в прошлый раз. В основе большинства болезней лежат нарушения в течениях потоков жизненной силы. Духи тел следят за этим, и, при необходимости, исправляют. Если вы не мешаете. Ее дух молод и слаб, и не может справиться сам. Мы можем помочь ему. И ей.
— Хорошо, но... Ты же мой дух! Откуда ты знаешь о проблемах ее духа?! И что значит "можем помочь" ? Как?!
Ты прикоснулся к ней. Для меня этого достаточно, чтобы определить проблему. И точно так же я могу исправить нарушения потоков жизненной силы внутри её тела.
Я потряс головой.
— Погоди, не так быстро... Ты говоришь, что можешь ставить диагнозы и лечить через... прикосновение? Как... Подожди,так все эти наши целители, знахари...
Чаще всего лгут. Единицы действительно что-то могут, из числа тех, кто имеет тесную связь со своим духом. Отвечая на первый вопрос — я не ставлю диагнозы. Я вижу нарушения потоков силы в органах и тканях, и могу их исправлять. Для этого тебе нужно прикоснуться к человеку.
— Ух... Будь у меня в прошлой жизни такой помощник — далеко бы я пошёл.
Я был. И часто помогал тебе в виде интуиции. Врачом ты всё же считался неплохим, если помнишь.
Я задумался. Ну да, не раз бывало такое, что догадки о диагнозе приходили словно сами собой даже в сложных случаях, а люди с удивлением замечали, что им становилось заметно лучше буквально после первого осмотра.
— И что, ты вот так любую болезнь можешь...?
Не любую. Чтобы вылечить кого-то другого, кроме тебя самого, мне нужно тратить твою жизненную силу. Далеко зашедшие заболевания требуют много усилий. Твоей жизненной силы может не хватать. Тяжёлые травмы, шоковые состояния. Очень сложно с инфекционными, особенно паразитарными. У каждого возбудителя свой дух, своя сила. Здесь я могу только зарядить максимально иммунитет, и ждать, пока он сам справится, одновременно следя, чтобы не развилось что-нибудь аутоиммунное или гиперреакция. Поэтому в случае инфекции мы сразу подаем сигнал, чтобы вы могли вмешаться. Совсем невозможно с психическими. Это болезни разума, а не тела, и они вне наших возможностей.