Зависнув в этом положении, не зная куда себя деть, он примирительно протянул Анне стакан воды, а сам вернулся в кресло.
– Прости, пожалуйста, я не хотел тебя обидеть, тем более, домогаться или что-то такое… Просто растерялся и обнял, – он вновь улыбнулся, – считай, по-отечески.
От неожиданного признания и от того, что вода немного утихомирила жажду, Анне как будто стало лучше. Она уже всё решила для себя.
– Ты, кажется, собирался дорассказать, как вы, то есть все мы докатились до такой жизни, и всякое такое.
Дэвид картинно пригладил волосы на голове и, видя ряд серых в темноте комнаты зубов, обрамлённых алой улыбкой, продолжил рассказ.
– Так, на чём нас там перебили? Ах, да, “Пайфиас уордс”, гордость военной машины Америки… Пентагон хотел, чтобы суперкомпьютер помогал им предсказывать, когда и где могут произойти, например, крупные военные конфликты или теракты…
– Типа “Особого мнения”, только без джакузи, – перебил его Альберт.
– Что это?
– Это такой двухмерный древний фильм. Там была профилактика убийств, но использовались провидцы, а не нейросеть, конечно же, – с улыбкой ответил Дэвид на вопрос Анны. – “Пайфиас уордс” помимо данных американской разведки получил доступ к средствам массовой информации, анализировал через них реакции на принятие законопроектов в тех или иных странах, частоту нападений экстремистов, задержания журналистов и многое другое. В ходу было модное словосочетание “большие данные”, только эта нейросеть не только кратко и ёмко говорила о том, что происходит в мире, но и прогнозировала ситуацию. Например, что недовольство законопроектом в условной африканской стране обернётся протестами и столкновениями граждан с силовиками. Или, что операция против экстремистов в одной из стран на Ближнем Востоке приведёт к череде терактов.
– Раз система такая полезная, почему я о ней никогда не слышала? Её свернули?
– Конечно, да свернули так, что потом долго срезали углы в пресс-релизах, чтобы снизить число упоминаний. Дело в том, что эта нейросеть вычислила главного агрессора в ближневосточном регионе – США. Из её отчётов выходило, что операции американцев или под их началом и приводят к конфликтам, массовым жертвам и миграции, а потому рекомендовала некоторые решения не принимать. Пентагон укололся своим же ножом. Да, нейросеть показывала нелицеприятные последствия действий и других стран НАТО, и России, стран Африки или Азии, но больше всех, получалось, косячила именно Америка. Подредактировать входные данные министерство обороны не могло, так как неверная информация нарушила бы чистоту прогнозов, что, собственно, привело бы к вопросу о целесообразности использования системы. Поэтому они решили направить ресурс в другую сферу. Был большой откат, ещё один переезд, теперь уже в округ Вашингтон, где суперкомпьютер ещё раз обновили, разогнав до половины зеттафлопса, и погребли под землёй между Капитолием и зданием Верховного суда.
– И вот тогда появился “Юстициар” [3]? – не поднимая глаз на рассказчика, спросила Анна.
Дэвид кивнул. Несмотря на то, что речь шла об общеизвестном и обыденном явлении, его в который поразила мысль о прореживании инфопространства по поводу истории возникновения "Юстициара".
Его голос стал звучать чуть глуше.
– Ну, дальше, наверное, даже ты знаешь. “Юстициару” дали доступ ко всему законодательству, в том числе прецедентам, а также СМИ. Благодаря машинному обучению и самым мощным на тот момент вычислительным ресурсам, нейросеть очень быстро въехала в американские порядки. Ей передали решение небольших судебных тяжб, которые она рассматривала в тысячи раз быстрее обычных судей. Жаловаться на пристрастность “Юстициара” было невозможно, однако недовольных хватало. Поэтому власти одобрили поправки о том, что “Юстициар” может предлагать свои законопроекты, полагаясь на социально-политическую ситуацию в стране и мире. Новые законы, дерьмовые профайлы, огонь без предупреждения, автосуд… Наверняка, ты в курсе. Тогда же, кстати, и Ставровича загребли по подозрению в сливе данных о начинке системы террористам.
Анна опустила голову. Дэвид увидел, как её руки вновь забила болезненная дрожь, и через плечо понимающе переглянулся с Альбертом.
– Подожди секундочку, – сказал он, выходя на кухню.
Девушка, кажется, его не услышала. Вернувшись, Дэвид протянул ей стакан с водой, в котором шипя растворялась какая-то таблетка.
– Выпей это, пожалуйста.
Хищный взгляд, кажется, не выдал девушку. Она быстрым и уверенным движением взяла стакан и залпом выпила содержимое. Отдав пустой стакан Дэвиду, она поудобнее устроилась на кушетке и уставилась в одну точку, как будто чего-то ожидая.