- Потому, что могу! И что вы без указаний так и просидите здесь пока не помрёте. Никто из вас не озаботился не то, что искать воду, а даже вытащить бочку и проверить, сколько там осталось. И, не исключаю. что это единственная вода здесь. Или кто-то умеет пить морскую?
Наёмники, отправившиеся было выполнять поручение, остановились, слушая диалог. Сейчас, по факту, определялось лидерство в нашей маленькой группе, и мне совсем не хотелось уступать позиции лавочнику. Де Графу с радостью. Но он сейчас не в том состоянии, чтобы управлять. Ему бы пару дней спокойно отлежаться. В идеале под присмотром целителя. Борко или Паско, если бы высказали желание, тоже вряд ли встретили активное возражение с моей стороны, но они сами всегда были в подчинённом положении, и в лидеры не рвались. Марик слишком мягкий, он руководство не вытянет, даже несмотря на обучение в Академии. А женщин в расчёт не брала. На них крупными буквами написано "ведомые".
Лавочник с недовольным видом поднялся и побрёл к кромке воды, всем своим видом показывая, что он делает великое одолжение. Первый раунд за мной, но успех надо закреплять и поддерживать, пока не наберётся какой-никакой авторитет. Продержаться бы пока де Граф не придёт в себя. Всё же он старше, опытней, и сразу видно, что высокого статуса, чего по мне не скажешь. До "ауры власти" мне ещё расти и расти.
С лодкой провозились долго. Пока сняли с камня, пока перевернули в нормальное положение, прошло не меньше часа. Набегающие волны окатывали водой с ног до головы, сбивая с неверной опоры. С десяток погружений под воду в месте лодко-крушения позволили вытащить только чью-то куртку, зацепившуюся за риф. Остальные вещи успело унести течение.
Лодку привязали рядом с оставленной на кромке прибоя бочкой. Формально выполнив указания, лавочник вытащил её из воды и снова уселся в тени дерева. Под соседним де Граф сосредоточенно затачивал о камень заколку маркизы. Он уже согнул металл в форме крючка и сейчас доводил дело до конца. Дамы расположились неподалёку, обсуждая увиденные растения и принесённые плоды.
Я признала только кокос и небольшой, с ладонь, банан. Крупные яркие красные и жёлтые ребристые груши с торчащей снизу кривой косточкой, забраковали сами добытчицы, жалуясь на едкий сок красавцев. Паско вернулся с разведки и отложил как съедобный орех размером чуть больше грецкого. Если его запечь, получится вкусное и питательное блюдо. Воду он нашёл. В самой первой бухточке тёк маленький ручеёк, который можно перешагнуть не задумываясь. Почти сразу подошёл и Борко. Ему тоже улыбнулась удача, выведя в соседнем заливе к скромной речке с руслом глубиной почти по колено. К ней и решили перебазироваться. Такое русло означает, что речка не должна внезапно пересохнуть.
На новом месте сразу послала часть людей за фруктами и орехами, часть - пройти по берегу искать крабов. Марику с лавочником поручила заняться костром. В тропиках не холодно, но еду лучше приготовить, а не есть сырой. Сама взяла заточенный крючок из заколки и отправилась на рыбалку.
Когда ныряла у лодки видела множество крупных рыб, лениво и непугано проплывающих мимо. Вместо лески приспособила тонкую лиану, что в изобилии росли вдоль берега. Чуть тоньше обувного шнурка она легко гнулась и завязывалась в узел без риска потерять крючок. Возможно, когда высохнет, станет жёсткой, но для разовой снасти подходила.
С большим сомнением оглядела получившуюся грубую удочку. Будь я уважающей себя рыбой, с презрением проплыла бы мимо. Но рыбы себя не уважали, так как словно сороки бросались на всё блестящее, ведь наживки у меня никакой не было, только голый крючок. Улов составил целых пять штук длиной почти с локоть и это при том, что несколько всё же сорвалось, не глубоко заглотив крючок и соскользнув с него.
Вернулась к лагерю примерно за час до заката, насадив добычу на тонкую гибкую ветку кустарника. Можно было попробовать ещё порыбачить, но испугалась, что на жаре рыба испортится.
Лагерь встретил горкой орехов, парой кокосов, явно прореженной кучкой бананов. В чьей-то куртке копошились крабики. Добытчики подошли к делу серьёзно и наловили более-менее крупных особей, а не мелочь, шныряющую под ногами. На песке неаккуратно свалили сухие ветки. Костром и не пахло.
- А где костёр? - я положила связку рыбин на камни и обратилась к ответственным. Марик смутился и уставился в сторону. Лавочник нагло осклабился.
- А у тебя спички-то есть? Во-от! И у нас нет, - он картинно развёл руками. - Нет спичек, нет огня. Облажался ты, начальничек.
- Ох, жертвы цивилизации, - я мученически закатила глаза. - Небось ещё и без туалетной бумаги срать не сможете. Марик, дай очки минут на десять.
Парень удивлённо положил требуемое в протянутую руку. Несмотря на предзакатный час, солнце давало достаточно энергии, чтобы сухая кора сначала задымилась, затем вспыхнула яркими язычками. Оставив остальным возможность превратить эти язычки в полноценный огонь, вернула инструмент хозяину.
После голодного дня, проведённого весьма активно, жареная на костре рыба показалась шедевром кулинарного искусства. Крабы и орехи, запечённые чуть позже на углях, также оставили после себя только скорлупу и куски панцирей.
На следующий день де Графу стало хуже. Ослабленный ещё до прибытия в Академию, он перенёс сильный стресс и, кажется, к тому же перегрелся. Ночёвка на голой сырой земле закончила начатое, и он весь день пролежал в тени пальмы с сильным жаром. В этих условиях единственная помощь заключалась в регулярном подносе воды из ручья и смене влажного компресса. Ни лекарств, ни идей, как и из чего можно их добыть.
Из-за этой внезапной проблемы не удалось настоять на постройке укрытия и создании лежанок. Пока отвлекалась на уход, лавочник смог внушить остальным бесполезность этих сооружений. Мол, здесь всегда тепло, даже жарко, поэтому хватит и охапки пальмовых листьев для мягкости. А от дождя легко укрыться под деревом, и то, дожди тёплые, высохнет всё быстро. Мои аргументы уже не слушали, уверенные, что это блажь лишь бы покомандовать. Создалось впечатление, что начни я активно агитировать за ненужность крыши над головой, лавочник враз переметнётся на другую сторону и начнёт пропагандировать преимущества хоть какого-нибудь, но жилья.
Вечером конфликт достиг пика. На ужин добыли всего три рыбины, и фруктов, почему-то принесли чуть меньше вчерашнего. Ещё и маркиза раскапризничалась. То у неё лицо обгорело, то ноги натёрла, под конец так и вовсе всё тело заломило.
Я подошла к костру, собираясь отнести больному его долю, но ничего съедобного не обнаружила. Все три рыбьих скелетика уже дымились в огне. Крабов сегодня не ловили, послушав лавочника, что и так еды хватит, а фруктов и без того было немного.
- Вы что, уже всё съели? - моей доли тоже не оказалось.
- А что время терять? - ответил за всех лавочник, развалившись на охапке пальмовых листьев, собранных днём его женой. - Раньше надо приходить. А на этого так и вовсе нечего продукты тратить. Не жилец он. И, вдруг, заразный. Держись от него подальше.
- С чего взял? Обычная лихорадка.
- Это ты леди Коре объясни, с чего у неё весь день мышцы ломит.
- С того, что они всегда болят после непривычных физических нагрузок и сна на кривых корягах.
- Это ещё посмотреть надо, а он вот, уже обуза для всех. Нельзя, чтобы из-за одного пострадали остальные. Что, если перезаразит? Так что оставь его, видать, суждено помереть.
Я оглядела остальных, не вмешивающихся в диалог. Наёмников ситуация, кажется, забавляла. Марик виновато смотрел в угли костра, но ни на чью сторону не вставал. Жена лавочника, казалось, совсем не имеет собственного мнения, а маркиза задрала облезающий носик. Конечно, она вся такая благородная, а её, словно служанку, заставили добывать еду. Нет, мне от неё поддержки тоже не ожидать.
- Тено, - де Граф слышал разговор и решил вмешаться. - Он в чём-то прав. Я сейчас действительно обуза. И, если выживание группы требует, я уйду. Как вы сами как-то сказали, нужды большинства превыше нужд одного?
Он тяжело поднялся и побрёл вдоль берега. Он что, не понимает, что здесь происходит? Без его выходки смогла бы поставить зарвавшегося лавочника на место, пока тот не набрал авторитета и давил в основном в противовес мне, опираясь на возраст, а не знания или умения. Остальным приятней же подчиняться взрослому, чем подростку.
- Ну вот, проблема сама решилась, - удовлетворённо произнёс лавочник. Я злобно зыркнула на него и метнулась к князю.
- Идиот благородный! - прошипела, подставляя плечо. - Я вас не оставлю.
- Тено, я сейчас не помощник. Останьтесь с ними.
- Послушай его, - добавил лавочник. - Он и так помрёт скоро, а тебе одному не выжить.
- Уж лучше одному, чем вместе с кем попало! - огрызнулась в сторону оставленного костра. - А вы и такой толпой не справитесь.
- Тено, я ведь могу приказать, - тихо напомнил де Граф через несколько шагов.
- Тогда я перестану вас уважать, - спокойный ответ и пояснение. - Я ведь с ними всё равно долго не уживусь. Этот постоянно будет на прочность проверять, остальные не станут вмешиваться. Да и ломка скоро.
- Лекарства?
- Утонули, - грустно подтвердила.
Дальше шли молча, обходя коряги и крупные камни, лезущие под ноги. Хоть и шли много дольше, чем накануне, но добрели только до места высадки. Там и упали ночевать, даже почти не подготовив места, только слегка набросав пальмовых листьев.
Утром де Граф лежал уже без сознания, с сильным жаром и тяжёлым дыханием. Ему бы накануне отлежаться, отдохнуть, а не геройствовать на пределе сил. До второго, маленького ручейка ещё далеко, пить хочется уже сейчас. Что же будет, когда солнце встанет в зенит и начнёт палить со всей силы? Можно пройти немного и спрятаться в прибрежной растительности, а воду принести в чём-нибудь. Нет, посуды не имеется, пришедшие на ум способы годились только для кратких перебежек, на большое расстояние воду не принести. Надо как можно скорее добраться до места. Тащить на руках или волоком по берегу тяжёлое тело? Нет уж, увольте, он массивней меня раза в три, если не надорвусь, то затрачу неоправданно много усилий. Вот переправить по воде возможно. Лодка осталась у основной группы, вчера её перегнали с места высадки к лагерю, но, сильно сомневаюсь, что дали бы ей воспользоваться.