Яков Максимович и Екатерина Олеговна, которая ранее просила называть её просто Катей, сейчас имели вид замученный и суетной. Через них прошли уже десятки детей, каждого из которых нужно было измерить, взвесить, проверить на наличие травм и ознакомиться поданной вожатыми медицинской справкой, которую они ранее принимали от родителей пионеров.
Процесс был долгим и невыносимым, а детей регулярно приходилось успокаивать, чтобы они не шумели и ничего вокруг не трогали. Седьмой отряд значился в расписании последним, поэтому и закончили врачи с осмотром уже почти к ужину.
- Вот Макар, возьмите и распишитесь в получении – протянул маленькую аптечку вожатому Яков Максимович, когда закончил с осмотром последнего пионера. – Помните, что использовать её нужно только в крайних случаях. Самолечением не занимайтесь, чуть что - сразу ведите к нам, или звоните. В любое время, естественно. Аптечку даём, если, вдруг, какая-то экстренная ситуация возникнет. Мало ли, да? Но такого у нас и не бывает почти. Не переживайте. Расписались?
- Да. А откуда моё имя знаете? – подозрительно спросил Макар. Узнать имя и фамилию вожатого было не сложно, но Маку с трудом верилось, что врач выяснил всё это специально и заблаговременно.
- Ну как же, помню я вас, помню – улыбнулся Яков Максимович, собирая все детские справки в кучу и сортируя их по алфавиту. – Работали вы уже здесь, давненько, правда.
- Хорошая у вас память. А я вот вас не припоминаю.
- Так я в те времена сюда на консультации приезжал и с проверками. Это уже потом меня позвали работать на постоянной основе. Вы уже тогда здесь не работали. А по поводу памяти - что есть, то есть. Не пойму только, дар это, или проклятие, ведь знаете…
- Хорошо дня, мне пора – буркнул вожатый и поспешил выйти из медпункта.
Против Якова Максимовича, безобидного и интеллигентного врача, Мак пока что ничего не имел, но и тратить время на выслушивание его умных мыслей тоже не собирался. Вожатому лишь было некомфортно от того, что врач знал Макара, пусть и мельком. Знакомых из “прошлой жизни” Мак всегда старался избегать, но сейчас это, видимо, стало уже невозможно. Иначе тогда ему вообще не следовало возвращаться в Ювенту. Оставалось надеяться только на то, что течение времени смыло своим бурным потоком из лагеря всех, с кем Макар когда-то работал или контактировал здесь шесть лет назад. Всех, кроме, разумеется, самого Якова Максимовича.
День понемногу близился к своему завершению, и живот у вожатого уже начал урчать от голода. Настало время идти на ужин в столовую, куда уже, видимо, отправился и его отряд.
***
Дети далеко не сразу запомнили, кто и за каким столом сидит, поэтому они метались по столовой, словно перепуганные кролики, пока их вожатые пытались навести хоть какое-то подобие порядка. Рабочие столовой были недовольны сложившимся хаосом, и демонстративно не разносили ужин до тех пор, пока все не усядутся по своим местам.
К приходу Мака, который по пути ещё заносил аптечку из мед-пункта в южный корпус, порядок был почти наведён, и ему самому оставалось только подтолкнуть пару особо туго соображающих пионеров к их местам. С горем пополам, вожатые всё же и сами смогли присесть за свои столы в ожидании ужина, который до них все равно дошёл бы ещё не скоро.
За столиком вожатых из южного корпуса стояла тишина - Валера грыз корку хлеба, Зоря смотрела в окно, а Карина просто хлопала большими глазами и не решалась прервать тишину. Макара такой уклад вещей устраивал, но Валера решил испортить своему соседу всю идиллию.
- Макар, ты сегодня в сценке участвуешь? – надавил на больную мозоль лопоухий.
Макар молча кивнул.
- Круто – с не поддельным восторгом отреагировал на кивок его сосед. – А от нас идёт Карина. Она здорово танцует, поэтому её туда с ногами и руками забрали.
- Да ладно, потом и тебя возьмут – смущенно поджала губы Карина. Макар удивился тому, что эти двое вообще могут испускать в сторону друг друга хоть какие-то звуки, в особенности Валера. – В том и дело, что меня взяли только из-за танцев, а вот играть на сцене я всегда побаивалась.
- Я тоже – ответил Валера. – Только я на сцене и не был то ни разу.
- Скоро всё будет, поверь. Всё лето впереди – улыбнулась Карина.
Ужин всё не несли – официантки разносили порции детям, но делали это, по мнению Макара, слишком уж медленно и лениво. Это бесило, но делать было нечего – детей в столовой было слишком много.
- Ребята! – раздался позади них голос Ольги Викторовны, которая ела во вторую смену и должна была появиться здесь только через час. – Все, кто в сценке участвуют, после семи часов идут в клуб, а в восемь уже начинаем. Всем приятного аппетита!