- Да – разом ответили пионеры.
- Даю вам полчаса. Когда вернусь, всё должно быть уже готово.
Развернувшись к дверям, Макар увидел девочек, которые исподтишка подглядывали за наказанием мальчишек из-за дверей холла. Увидев, что вожатый заметил их присутствие, пионерки мигом разбежались. Но им это, разумеется, уже не помогло.
- По комнатам! Сейчас и до вас доберусь! – крикнул им в след Макар.
Девочек ждала участь не лучше, чем у их собратьев по горю – в обеих комнатах пионерок Мак устроил капитальную чистку – заставил выбросить весь несъеденный полдник, полностью перебрать и разобрать сумки и убрать всю ненужную обувь на полку в коридоре. Кроме этого Макар вручил девочкам метлу и совок, что бы они вычистили весь мусор с пола в их комнатах и всём коридоре. Участь с заправкой кроватей девочек также не миновала.
- Тоже даю вам полчаса. Я буду в холле. Найдёте меня, когда закончите. Тогда получите ещё работу.
Довольный собой, Макар вышел в коридор и хотел отправиться в свою вожатскую, что бы перевести дух и пригубить пива, которое уже пару дней оставалось нетронутым, что было совершенно недопустимо. Однако светлые планы были нарушены, когда ему навстречу из холла вышла Зоря – с полотенцем на голове и как всегда раздражённым видом.
- Макар, чё тут у вас происходит? Я твой ор из душа слышала. Чего они там все такие несчастные, будто вагон разгружали? Да ещё и кровати по новой застелить пытаются зачем-то.
- Трудовая повинность – отмахнулся Макар. – Им было скучно, поэтому они решили разгромить нахрен весь корпус. Сейчас вот отрабатывают, что бы потом неповадно было.
- Ясно. Давай ка в вожатскую зайдём? – сказала Зоря и первой отправилась в его комнату.
Закатив глаза и тихо выругавшись, Макар нехотя прошёл за Зорей и закрыл за собой дверь.
- Ну? – выжидающе начал Мак.
- Что ну? – зашипела Зоря. – Слушай, они потому и носились, что им делать было нечего. Я отошла всего на двадцать минут, что бы помыться, а у тебя уже все под откос пошло! У Карины и Валеры тоже дети бегали, только вот они после этого собрали отряд и заперлись в дальней комнате. Как думаешь – зачем? Может потому что они с пионерами занимаются? Играют? Общаются? А тебе в голову не пришла та же мысль? Или тебе уже обо всём говорить надо?
- Какие могу быть игры в корпусе, Зорь? Ты где-то видишь здесь место для этого? Или у нас комнаты резиновые? У них дети мелкие, потому и вмещаются все…
- Ясно. Дебильная отмазка, Макар. Может, ты просто не знаешь никаких игр? Поэтому тебе и взбрело в голову просто на них наорать и загрузить трудовыми повинностями.
- Лишним не будет – ответил Мак, чувствуя, что теряет занятые им позиции. Аргументов на Зорины претензии у него пока что не находилось.
- Может быть – тихо ответила Зоря. Она сняла полотенце с головы и стала вытирать волосы. Делала она это так, будто её напарник вообще не находился в этой комнате, да и комната эта была уже вовсе не его. – А что потом будет? Вдруг у нас опять случиться дождь, а дети не будут себя тихо вести? Чё тогда будешь делать?
- Не знаю. Разберусь по ситуации. И вообще я не на экзамене. Тебе надо, ты и иди их развлекать – раздраженно спросил Мак. – К чему этот разговор?
- Да так… Просто определяю для себя, что ещё мне придётся на себя взвалить на этой смене. На звонки родителей ты не отвечаешь. К мероприятиям тебя вообще лучше не допускать. В занятиях с детьми картина та же. Зато куда-то бесследно свалить ты прям мастак. Это ты запросто можешь сделать. По тебе разведка плачет…
- Короче, хорош нагнетать, Зорь. Мне не десять лет. Чего ты от меня хочешь-то?
- Ничего, Макар. Уже ничего – грустно ответила Зоря, закончив с сушкой волос. Причёска у неё сейчас была очень пушистая – девушка стала похожа на одуванчик. На грустный одуванчик на толстой ножке.
Напарница, наконец, покинула комнату и оставила Мака одного. Спустя несколько минут она уже собрала отряд в холле и начала что-то им живо объяснять. Скрепя сердцем, Макар решил примкнуть к намечающейся заварушке. Скорее из любопытства, чем по зову долга.
Делать всё равно было нечего – всю его сонливость сняло, как рукой.