- Что? Огонёк? Ты серьёзно? А ты вообще в курсе, что это такое? – недоверчиво спросила Зоря.
- Конечно знаю. С чего бы это я не знал?
- Ну мало ли, я бы уже ни чему не удивилась. Ладно, как хочешь. Хозяин барин – согласилась Зоря, с полным отсутствием хоть какого-то интереса. – Я их мыться отправила. После этого можете сразу начинать.
- Окей – кивнул Мак и бросился в свою вожатскую.
***
Дети не спеша стягивались к холлу.
Намытые и взъерошенные, облаченные в халаты или пижаму, они клали на пол свои привезённые из дома подушки и одеяла, усаживались на них и ждали начала огонька. Шум в холле стоял приличный, а это значило, что все пионеры уже собрались в комнате и ждали, когда к ним присоединится Зарина.
Свет в холле погас, и в комнату, к всеобщему удивлению, вошел Макар со свечой в руке.
- А где Зоря? – почти сразу же раздался обеспокоенный голос кого-то из пионеров.
- Она ушла на планёрку – ответил Мак, стараясь аккуратно нести свечу и не затушить её.
Даже в темноте вожатый приметил, что дети волнительно переглядываются между собой, и такая реакция его ни сколько не удивляла. До этого момента Мак не присутствовал ни на одном из огоньков, которые проводились уже дважды за пять дней смены. Вожатый сам отказывался на них идти, чаще всего прикрываясь планёркой. Поэтому сейчас дети совершенно не знали, чего можно ожидать от строгого и нервного вожатого, который, вполне возможно, просто убил свою напарницу и закопал её за корпусом, что бы самому провести огонёк.
- Расслабьтесь – сказал вожатый. – Я не всегда кусаюсь. Только когда злой.
- Вы всё вгемя злой – прокартавил Антон.
- Вы к этому скоро привыкните. Итак, все готовы? Все на месте?
Дети неуверенно угукнули. Казалось, что они раздумывали над тем, как можно было бы отсрочить начало неуютного огонька Мака. Идей у пионеров, по всей видимости, так и не появилось.
- Ладно – начал вожатый, стараясь аккуратно подбирать слова. – Так, чё у вас было на прошлых огоньках?
- Мы знакомились – первой выговорила Полина. – И ещё рассказывали, какие воспоминания хотим получить от этой смены.
- Всё по взрослому, да? – удивился Макар. – Ладно, тогда давайте продолжим.
Пионеры выжидающе глядели на Мака. В их голове наверняка вертелись всякие тревожные мысли, по поводу того, какую же тему выдумает больное воображение вожатого.
- Давайте поговорим о том, что вам больше всего дорого – не спеша начала Макар, растягивая интригу и не совсем понимая, чем закончить свою речь. – Я сейчас говорю не о родителях, с этим всё понятно. Подумайте о том, почему вы любите свой дом? Что вас там держит и почему вы по нему скучаете? А я ведь знаю, что скучаете. Что для вас там так ценно? К чему хотите вернуться? Поняли?
Наступило молчание. Долгое. Неловкое. Макар не совсем осознавала, что делать дальше и с кого начать этот сентиментальный опрос. Он знал только одно – торопить пионеров с ответом не нужно.
- Кто начнёт? – с надеждой на толпу желающих спросил вожатый.
- Зарина нам давала своё кольцо с пальца, как талисман – вновь сказала Полина. Складывалась впечатление, что только она готова сегодня говорить с Макаром. – У кого было кольцо, тот и говорил.
- Ах да, точно. Сейчас, погодите – вспомнил Макар, и полез в карманы в надежде на то, что там найдётся хоть какая-то спасительная для него вещица.
Было понятно, что выдать пионерам на огоньке пачку сигарет для права голоса стало бы верхом идиотизма, но кроме неё с собой у Мака не оказалось ничего, кроме старого потрёпанного телефона. Выход из ситуации был очевиден, но не совсем приятен.
- Ладно, на моём огоньке нашим “талисманом” будет вот это – Макар продемонстрировал захудалый гаджет собравшейся публике, которая смотрела на телефон как на музейный экспонат.
- Ого – с искренним удивлением выразился Ваня.
- Я таких ещё не видела – сказала Алёна, пионерка в ободке с кошачьими ушами.
- Конечно не видела. Вы, наверное, ещё в детский сад ходили, когда я его втарил. Да и тогда он уже был пару лет, как не новый – ещё больше ошарашил пионеров Макар. – Ладно, давайте уже начинать. Передаю телефон по кругу. Начнёшь ты. Напомни ка имя.