- Это не твоего ума дело, ведьма, - прозвучало приглушенно, со смутно знакомой интонацией. Повернулась, различая долговязый силуэт, что двигался ко мне. Длинные черные волосы, чуть ниже подбородка. Худое лицо, бледное, почти изможденное, будто его длительное время пытали.
- Ясин… Ясин Горанч… - узнавание привело меня в сознание. – Ты можешь …помочь нам?.. Марика… она…
- Договаривай, Медея, - ухмыльнулась сестра.
Я поджала губы. Серый смотрел на меня, пронизывая взглядом. Я чувствовала, как он прощупывал меня, тяня свои невидимые щупальца, плетя свою липкую паутину. Хмурится. Затем скалится.
- Весна. Ты же не глупа. Но горишь надеждой. До последнего, - подошел ко мне, близко, протягивая руку через ловушку – ко мне потянулись кости, без кожи и мышц. Будто макет человеческих костей, что стоит у профессора Сахаровой. Отшатнулась, издав вопль от страха, затем – от боли, что прошила тело при соприкосновении со стенами ловушки.
- Осторожно, Весна. Ты мне нужна живой, - тихо сказал Ясин.
- Этого не может быть… Не может быть, - шептала я, будто спасительное заклинание, оседая на пол и хватаясь ослабевшими руками за голову. - Это все кошмар. Морок. Видение.
- Мне нравится, что ты готова верить в лучшее до последнего. Что ты веришь в людей. Это так возбуждает, - ухмыльнулся Ясин, входя в ловушку полностью и становясь ожившим скелетом.
Снова тянет ко мне руки - кости. Замечаю, что на правой руке, на мизинце, не хватает фаланги… Он – тот самый Некромант, что убивал ведьм, моих сестер. Марика – его подельница. Жуть заглатывает меня целиком. Крик рвется из груди. Я не ощущаю боли, что раздирает мое тело – бью руками по ловушке, кричу, обессиленная, изъеденная ужасом… Сознание начинает ускользать, я сама тянусь к спасительной тьме, что разверзает свою пасть.
- Нет, нет, нет, Весна. В этот раз ты не ускользнешь, красавица, - меня сжимают, острые пальцы впиваются в талию, тянут на себя.
Передо мной – череп, будто обглоданный дождями и ветром, временем. Пустые черные глазницы всматриваются в мое лицо. В них, глубоко внутри, полыхает убийственное пламя – черное, с бледными желтыми прожилками. Он гипнотизирует меня, приковывает взглядами, вдирается внутрь моей души, обволакивает ее, пытается пленить.
- Хитрый сукин сын! – глухо говорит Серый, тянет меня вперед, выводя из ловушки – он снова обретает свой облик – долговязого подростка. – Гребаный демон! Пометил тебя, как кобылу!
- Я его жена! И он защищает меня! – хриплю в ответ, повиснув в его тонких, как прутики ивы, руках – но в них больше силы, чем кажется.
- Черта с два! Может, он и поимел тебя, как хотел, но ты станешь моей. И понесешь от меня в ближайшее время, красавица, - злобно рассмеялся Горанч, вертя в руках как тряпичную куклу и пытаясь отыскать на мне все метки мужа.
- Ты хочешь, что бы она дала тебе потомство?! – Марика говорит с обидой. – Она слаба! Твой род на грани вымирания! Ты – последний из Некромантов, кто остался в миру! Остальные ушли в Отверженные земли. Ваши дети не смогут выжить в этом мире. К тому же, грядет война!
- Ты мне предлагаешь себя, ведьма? – шипит Серый, сильнее сжимая меня. – Я вижу твою сущность. Ты достаточно сильна. Но у тебя нет дара Оракула и Сновидца. Ты не получаешь силу от самой Матери Природы. Ты даже понятия не имеешь, какое потомство она может дать в паре со мной. Это будет нечто новое. Нечто великое.
Вижу в его руке миниатюрную шкатулку. Понимаю, что в ней – фаланги пальцев всей его семьи. И он пытается оживить их с помощью ведьм. Все знают, что кровь ведьмы способна творить чудеса при правильном использовании. А сама ведьма – почти неисчерпаемый генератор энергии. Выдыхаю громко, со свистом.
- Да, милая Весна. А твои подруги сыграют важную роль для моих родичей. Будешь послушной – они проживут дольше, чем им положено, - усмехается Некромант. – Такая хрупкая. Вкусно пахнешь… даже смрад демона не может заглушить твой запах.
Он наклоняется ко мне, принюхивается к моей коже. Чувствую его ледяные губы на моей шее. Кричу, вырываюсь, бьюсь подобно полуживой пташке в клетке, из последних сил. Страх заставляет двигаться почти закоченевшим телом. Его губы будто ядовиты, замедляют пульс, отравляют тело. Ненароком выбиваю из его рук шкатулку. Она падает, раскрывается от удара и фаланги пальцев разлетаются по щербатой поверхности, кое – где поросшей мхом. Он яростно шипит, сжимая мое горло сильнее. Я лишь могу мычать, пытаясь сделать вдох.