Салат состоял из таких ингредиентов как помидоры, лук, болгарский перец, морковь, рис. Все залито маслом, сдобрено солью и перцем. С осторожностью отнеслась к новому блюду – в Южных землях таким не занимались. Этот салат пришелся мне по вкусу.
Плотно позавтракав, друг за другом вышли из столовой и каждый из нас затесался в разношерстой толпе, направляющейся на лекции.
- Медея! – оклик заставил повернуться.
Ко мне спешно приближался долговязый парень. Форма на нем едва ли не болталась, а штаны были немного коротковаты. Длинная слипшаяся челка, достигающая острого подбородка, по обе стороны лица, почти скрывала его. Когда он поравнялся со мной, я узнала его – он был одним из пленников Черных Алхимиков, вместе с близняшками на Синей Гряде.
- Медея, - переводя дыхание сказал парень. – Меня зовут Ясин Горанч, я учусь на Сером факультете, Алхимики. Меня очень заинтересовало то зелье, что вы использовали на Синей Гряде. Мы могли бы произвести обмен знаниями. У меня тоже есть некоторые наработки, что будут интересны, особенно тебе…
- И что же это за наработки? – заинтересованно ответила я, отмечая бледность парня, как у Черных. Его взгляд был мне неприятен. Глаза – черные, горящие темным огнем, где-то глубоко внутри. Будто сама бездна обратила на тебя внимание. От него шла волнами холодная энергетика. Не такая, как от демонов – ты была ледяной, но бурлящей, живой, подавляющей, могла задеть и оставить глубокие раны. Здесь же была тягучая, едва различимая, обволакивающая и липкая. Он изучал и прощупывал меня.
- Те, что защитят не только тебя, но и твоих сестер от Черных, - сказал Ясин, понижая голос. – А лично тебе могу предложить особенное зелье, меняющее личину на трое суток. Я чувствую на тебе метку демона. Он заявил на тебя права. Грядут изменения, которые никого не пощадят. Хорошо, что у тебя будет сильный покровитель.
- Зачем мне зелье, меняющее облик? – внутри все перевернулось, в висках сдавило – я оглянулась назад, на недалеко стоящую Венди. Подруга не могла проговориться о моих планах. Но мне бы пригодилось такое зелье в пути, чтобы запутать следы. Академия, возможно, и заявит в Красную столицу об исчезновении одного из студентов. Но там мало кто обратит внимание на эту заявку, особенно сейчас, когда мир на грани войны, особенно если пропала опальная ведьма. В Малгриде до сих пор числятся несколько студентов, пропавших без вести. Последняя учащаяся пропала более двадцати лет назад.
- Ты же дочь мятежников, - тихо проговорил Ясин, наклоняясь ближе, чем следует. – Но я с тобой на одной стороне. Обдумай мое предложение, Весна…
- Ясин Горанч, - хрипловатый голос за моей спиной; вздрогнула, четко ощущая не только Брода Брейна, но и Даррена Вэя. – Видимо, тебя ничего не берет. Отойди от Бабочки, немедленно.
Тон Брода отличался жесткостью, режущей сталью. Со мной он никогда так не говорил.
- Подумай об обмене, - шепнул Горанч, отходя от меня и выставляя вперед руки. – Брод Брейн… Я абсолютно не претендую на Весну. К тому же, на ней метка демона.
- Позже закрепим правило номер один – никогда не приближаться к Медее Малегро, - оскалился Брейн, пронизывая Серого многообещающим, безумным взглядом – налет доброжелательности и галантности, присущи Целителю, вмиг раскрошились.
Если б Ясин мог бы побледнеть еще больше – он бы побледнел. Поджав губы, он быстро затерялся среди потока студентов.
Развернулась, едва не впечатавшись лицом в грудь Даррена. Меня бросило в жар.
– Не связывайся с Ясином Горанчем, - тихо проговорил Черный, слегка прищурившись.
Мне было трудно дышать рядом с ним. Выносить его тяжелый, колючий взгляд. Терпкий запах, исходящий от него. И подавляющая энергетика, что нависала надо мной.
- А с кем же мне тогда лучше? С тобой? – не знаю, откуда во мне появилась эта дерзость; хотелось избавиться от его присутствия или исчезнуть самой. Вжалась под тяготеющим взглядом будущего мужа. Как с ним можно жить, делить постель? Он способен на нежность? Понятно, что он не собирался меня впечатлять, приглашать на свидания и ухаживать за мной. Для него это было всего лишь договором, шагом, продиктованным выгодой для его рода. Я не имела ни малейшего впечатления, какая у нас с ним могла быть семейная жизнь. И меня пугало такое будущее… Он меня пугал до колик в животе.