- Что вы себе позволяете?! Прекратите! Прекратите! Вы слышите?!
Его взгляд был полон вожделения. Он лишь сильнее вжался между моих ног, движения становились быстрее, жестче. Его пальцы сжали грудь – требовательно, причиняя боль. Пискнула, захлебываясь от чувств – страх смешался с яростью, беспомощность в паре с паникой, смятение с привкусом горечи.
- Если вы не прекратите сейчас же… Я отомщу вам! Ненавижу вас! Я убью вас, клянусь Триединой Матерью! Убью! – заорала я, срывая голос.
Раздался тихий хриплый смех надо мной.
- С возвращением, Бабочка, - сказал Брод, сделав еще пару холостых толчков, содрогаясь, зарычал.
Прижался лицом к моей шее, шумно дыша и втягивая мой запах. Я сотрясалась от холода и камней, впивающихся в кожу даже через грубую ткань платья, под весом и обжигающим телом Черного. От навалившихся враз эмоций и чувств. Мне было очень страшно лежать распластанной под этим грубым мужчиной, демоном, который желал меня. Его глаза ярко блестели безумием и похотью. В них тлело адское пепелище.
- Невероятная Бабочка, такая невинная, от того еще слаще. Рад, что пробую вас одним из первых. Надеюсь, мой запах выветриться к возвращению вашего будущего мужа, - усмехнулся он, пресекая мои попытки выбраться из – под него. – Вы нужны нам яркой, источающей свои многогранные эмоции. И я даю вам слово, что рано или поздно возьму больше, чем мне положено. Это не угроза, сладкая Медея. Просто такова жизнь.
Он облизнул мои губы, обдавая приторными пряностями. Поднялся сам, протянул мне руку, но я ее проигнорировала. Он сам потянул меня вверх. Попятилась, прикрываясь порванным платьем. Спина болела, тело превращалось в ледышку под беспощадными порывами ветра. Черный выглядел невозмутимо. Накинул мне на плечи свой плащ. Дал маленький тюбик с целебной мазью. Проводил почти до гостиной. Я молчала, стараясь не смотреть на Черного и не дергаться каждый раз, когда он решал придерживать меня. Внутри меня бурлило. Я была уверена, что погибну. Но я все еще жива, впереди – замужество на исчадии ада. Незавидная участь. Новый побег совершить у меня уже не было сил. Как и уверенности, что он получиться. Меня предала сестра, наша Верховная ведьма, наш лидер. Ковена, как защиты, ресурса силы наших предков и общины, где мы черпали силу, не существовало; связь была нарушена еще тогда, когда кто – то отравил Аиду.
Глава 37
Даррен Вэй отбывал наказание в Шахтах. Что ж, у меня было время до конца месяца и я могла сделать одно дело. Помочь в расследовании убийства Лили, нашей сестры. Ведьмы разобщились на два лагеря. Майя, Авита, Юнона отказались принимать участие в расследовании, но держались рядом. Остальные же ведьмы, по мере своих возможностей, по крупицам собирали информацию. Им удалось выяснить, что значат некоторые знаки на теле Лили. Очень странно, что те символы рисовались, когда женщина не могла забеременеть – «рождение», «новая жизнь», «эмбрион», «сильная душа», «возрождение силы». Другая часть значила совершенно иное – «смерть», «насильственная смерть», «дух смерти», «жизнь после смерти», «демон смерти», «бессмертие души». Геометрические фигуры могли обозначать многое; вопрос стоял по – другому – с какой целью они были нарисованы на теле Лили? Какой именно обряд проводил убийца ведьмы? Определенно, здесь использована темная магия. Не магия Черных. То, что делом не заинтересовались высшие чины – плохо. Убийца может снова убить. Естественно, никто не считал нужным посвящать студентов в ход местного расследования. То, что убийца до сих пор не найден и не объявлен, говорит лишь о том, что он знал свое дело. Знал, как замести следы. Многие из учащихся были уверена, что это дело рук Черных. Возможно, Алхимиков. Они использовали символы в своих формулах – все это знали. Именно Черные чувствовали свою власть, силу, страх, что источали вокруг, безнаказанность и имели особый статус.
Я решила полностью сосредоточится на поисках информации об геометрических фигурах и восстановить порядок и значение, которое в них вкладывал убийца. Венди присоединилась ко мне. Я старалась не думать об Броде Брейне, что наложил на меня чары бесчувственности и разрушил их самым мерзким способом. Не думала об Даррене Вэе, который был где –то глубоко под землей и тяжело работал сутками напролет. Ни об Ии, с которой мы перекинулись едва ли парой фраз.