Глава 46
После лекций я намеревалась пойти в библиотеку и начать искать всю доступную информацию о некромантах. Возможно, мне получиться выудить что – то стоящее. Даррен сказал, что они смогли выследить убийцу, но он хитер и изворотлив, как угорь. И сумел ускользнуть даже от демонов, которые подобны адским псам. Мне было страшно от того, что есть кто – то, кто может водить за нос таких могущественных носителей магии. Кто – то, кто может убивать ведьм, безнаказанно.
Обстановка в Академии накалилась, все смотрели друг на друга волками. Уверена, при себе каждый студент имел целый арсенал зелий и заклинаний на все случаи жизни.
Разбудила меня Венди, сказав, что Даррен ушел за несколько минут до моего пробуждения. Он сдержал свое слово. Я выдохнула, отгоняя от себя образ демона. На смену ему перед глазами вспыхнула картина раннего утра на Башне Основателей. Бедная Юнона, самая молчаливая из сестер… Светловолосая, зеленоглазая ведьма была увлечена учебой, в порочащих связях замечена не была. Из тринадцати ведьм нас осталось восемь…
Я и раньше видела трупы. Знала, как выглядит смерть. Но никогда не смогу привыкнуть к этому. На сердце было нестерпимо тяжело. В горле стоял тошнотворный ком.
После обеда мы нестройными рядами отправились в Нижние Теплицы. Мне нравилось здесь находиться. Естественно, все знали о смерти одной из ведьм, но занятий никто не отменил. Думаю, это было бы излишним, только усилило и подпитало бы страхи и слухи, разрастающиеся среди студентов.
Я отвлеклась на буйство природы, что было здесь сродни оазису в этих безжизненных постылых каменных стенах. Медленно шла за сестрами, задерживаясь и отвлекаясь на природу, проводя пальцами по травинкам, цветам, коре деревьев, листьям. Принюхивалась, любовалась, напитываясь природой.
- Привет, Весна, - мой монолог с природой был прерван; перевела взгляд, увидев Ясина Горнача.
Он был бледным, казался истощенным и меня пугали его темные глаза. Его зеницы будто горели темным мистическим пламенем. По коже пробежал рой мурашек, но я взяла себя в руки.
- Все хорошо? – спросила я, заметив в руках парня миниатюрную, почти игрушечную шкатулку, испещренную мелкими значками.
Ясин неопределенно мотнул головой.
- Черные, - устало выдохнул он. – Брейн не дает проходу после того, как увидел меня вместе с тобой.
Я поджала губы. Черный факультет любил травить других. Я могла б попытаться поговорить с Бродом Брейном, но не думаю, что этот разговор возымел бы эффект. К тому же, у меня не было ни малейшего желания пересекаться с Черным Целителем. Меня окружали мужчины, с сущностью зверей, и пугали этим.
- Весна… Я хочу покинуть стены Академии. Пошли со мной, - Ясин приблизился ко мне, вглядываясь в мое лицо.
В груди кольнуло. Одна часть меня рвалась дать согласие, выбраться из этих стен. Другая – одергивала, ведь я не особо знакома с этим Серым, не могла доверять ему.
- Он меня не отпустит, - одними губами прошептала я, чувствуя привкус горечи.
- А если я найду способ обмануть его? – Ясин будто пытался гипнотизировать меня.
- Не найдешь, - мотнула головой. – Везде предатели.
- Да, Весна. Везде, - согласился Серый. – Поэтому тебе опасно здесь находиться. Когда министерские войска доберутся до Малгрида – они потребуют тебя. Ты – дочь мятежника, живое напоминание о непокорности. Твое уничтожение – вопрос времени.
В горле пересохло. Я никогда серьезно не думала о своем положении в таком ключе. Я была поглощена своими идеями. У меня был свой мир, полный красок, добра, любви и чести. Даже во времена войны, надежно защищенная крепостными стенами, я была ограждена от реалий по ту сторону. Все кардинально поменялось, стоило мне переступить порог мрачной Академии. Я не готова к суровой реальности. Я действительно как бабочка, которой не выжить в зиму. Навряд ли я смогу противостоять министерским войскам, продекламировав им красивое стихотворение или предложив нарисовать розовый рассвет. Сейчас я очень глубоко прочувствовала свою беспомощность и бесполезность. Как прекрасная елочная игрушка – манящая, сверкающая, привлекающая внимание. Хрупкая и пустая внутри, совершенно бесполезная.
- Обещаю, что я никогда не причиню тебе зла, не обижу, не сделаю больно. Только пойди за мной, - в голосе Ясина звучали умоляющие нотки. – И я не трону тебя, пока сама не попросишь…