- Да кто - она? Почему вы двое говорите о ней с таким благоговением?! - Стижиан искренне не понимал о чем они, да и головная боль мешала.
- Королева, Ветру. На "месте встречи" нас ждала Синента Дива, наследница оранского престола, потомок Сфириты Дивы. Тихо-тихо, не поднимай брови так высоко, это ещё не самое страшное...
- Синента Дива? Дива? Подожди, это же древнейший род, это же...
- Род королей, который якобы исчез несколько веков назад, когда пропала Сфирита. Я знаю историю. Слушай дальше.
- Она встретила нас, всех монахов, что были там, и сказала, что в скором времени всё изменится, и Монтера возродится, и...
- И тут выступила Млинес. - Маретти перебил брата. - Она сказала нечто такое, о чем мы и подумать никогда не могли: монтера была построена по приказу королевы, Сфириты, а первым мастером, положившим начало всему нашему учению, был приближенный к ней человек, имени я не знаю.
- Стоп. - Стижиан впечатал кружку в стол, та чуть не треснула. - Это выходит, что наш монастырь всегда был под защитой королевского рода? Поэтому с такой легкостью смогли выйти из состава инквизиторских школ?
- Верно, но и это не всё. - Почти в один голос, глядя в разные стороны, пробубнили братья.
- Что ещё?
- Мы ей присягнули.
Стижиан медленно моргнул.
- Все мы, в том числе и Тео, и Млинес, и Риотта. Но, - Маретти прыснул в руку, - она...
- И у вас не было сомнений в ней? Никаких?
- Ты её не видел, Стижиан, не слышал её голос. Более того, ты знаешь как обычно проходит присяга?
- Ну как, - он поднял глаза к потолку, - опускаешься на колени, слушаешь бредовую речь на возвышенных тонах, потом говоришь "клянусь в том-то и том-то" и вроде как всё.
- Ну, в большинстве случаев именно так, а вот она... Понятия не имею, откуда ей известно это, но у нас, у монтерцев, не принято опускаться на колени. Максимум - склонить голову, легкий поклон.
- И клятву монах в своей жизни дает только одну - "не убий". - Закончил Милф. - И по окончании монастыря никому более не подчиняется, кроме себя и своей совести.
- Ну и?
- Она не приказывала, она попросила помочь ей. Она почти ничего не говорила, только сказала о том, что если есть в мире сила, способная остановить самоуправство и беспредел, учиненный инквизицией вкупе с отдельными магами, то это монтерские монахи. И мы склонили перед ней головы.
- И... - начал говорить Стижиан, несколько минут помолчав, - что от вас, - он помотал головой из стороны в сторону, - от нас требуется? Чем мы можем помочь?
- Вот для этого и нужно ехать в Орану. Там, под Монтерой, она чуть ли не каждому отдельно, или группами, парами, сказала кому и когда надо будет ехать в такой-то город. Она словно знала в какие города и когда будут высланы инквизиторы.
- Меня очень удивило, - говорил Милф, - что она никого не отправила в Кайлинн: вроде крупный богатый город, знатный, церковь наверняка бы выслала кого-то туда.
- Она и выслала. - Ухмыльнулся Стижиан. - Трех старших лучей и отряд стрелков. Мы были там: я, Амит и Дримен, мой брат. Поэтому-то эта ваша королева никого туда и не отправила.
- Не нужно говорить о ней так. Монахи разъехались по всей республике, и как мы, они отлавливают святош и отправляют их в тюрьмы. Не дай она нам таких указаний, полились бы реки крови.
Стижиан задумался.
- Ветру. - Обратился к нему Милф. - Я знаю, тебе сейчас очень несладко - мать чуть не убили, брат появился...
- Ты воскрес, - вставил слово Маретти.
- ... Но если что-то не предпринять, может начаться гражданская война. И без того во многих городах вспыхивают стычки между сторонниками королевы и церкви, поскольку последние свято верят, что её величество собирается разрушить церковь на корню.
- Ты, с твоей-то силой и славой, можешь помочь спасти страну!
- Милф...
- Ты только подумай что станет, когда на весь мир прогремит известие о том, что легендарный Стижиан Ветру спасся!...
- Ми-илф...
- Тебя же нарекут посланником Богини и за тобой потянутся!
- Милф! - Гаркнул Стижиан, и только тогда тот замолк. - Я не спасся, и тем более, я не собираюсь становиться святым, спасителем или кем-то там ещё в глазах народа. Перестань нести чушь и посмотри мне в глаза. Видишь эту черноту?
Милф с Маретти замерли, неотрывно смотря на бездонные черные глаза, серебряные кольца которых сузились, став сверхтонкими, едва видимыми, и то только благодаря яркому контрасту с черным фоном. Эта чернота казалось неосязаемой, черной дырой, за которой скрывалось некое пространство, может, другой мир, иное измерение, что угодно.
- Ты думаешь, что человек с такими глазами может стать спасителем? Мне стоит радоваться, что плащ монтерца затмевает мой сумасшедший взгляд, да и к тому же людям не всегда хватает храбрости поднять глаза выше моего плеча. - Его голос начал немного подскакивать, в венах, по непонятной окружающим причине, стала закипать кровь, зрачки с каждым мгновением становились всё уже и уже.