Горная болезнь в лагере VII
Я встал в 6.30. Великая стена, оба ледяных склона выглядели по-прежнему неприступно грандиозными. На фоне голубого неба Контрфорс Женевцев резко выделялся рядом с черно-серым, в форме треугольника конусом Эвереста. С правой стороны этого конуса срывался, пропадая в бесконечной дали, снежный флаг.
Как всегда, я собирался выйти в 8.00, однако увидел, что шерпы всерьез занялись развлечением, поглощая порции кекса из тзампы. Я продолжал топтаться, размышляя о положительных сторонах терпения. Наступило 8.35, когда мы наконец начали подъём по тропе, припорошенной выпавшим накануне снегом.
Мы шли тремя связками. Я вел первую и надел на свой кислородный аппарат. Несколько слов об этой жизненно важной стороне «Плана». Обработку стены предполагалось проводить без кислорода. Однако мы с Чарлзом Уайли должны были пользоваться кислородом, так как кроме трудности пути мы должны были руководить шерпами, что требовало дополнительных сил, а заброску необходимо сделать во что бы то ни стало. Таким образом, я теперь пользовался выгодой от моей двойной роли — первооткрывателя и руководителя заброски. Для всех, за исключением двух штурмовых двоек открытые аппараты состояли из здоровенных черных баллонов, полученных от Королевских воздушных сил и весящих по 8,6 килограмма. Эти баллоны нужно было вставить и закрепить в держателях весьма легкого дюралевого станка. Штурмовой набор состоял из двух или даже трех баллонов, преимуществом которых было то, что их можно было поочередно выбрасывать после употребления.
Во время акклиматизационного периода мы все потренировались в обращении с аппаратурой. Неудобством установки в такое утро была необходимость при диком холоде заворачивать гайки вентилей. Надев на спину станок и на лицо маску, надо было ещё присоединить трубку маски к трубке баллона. Все это было очень сложно.
Во время длительного траверса ниже лагеря VI ноша за плечами пыталась при каждом шаге сбросить меня вниз, в Цирк. Идти было трудно. Свежий снег замел все наши следы. Иногда я останавливался, чтобы вырубить новую ступеньку, но чаще крутизна была такой, что с трудом держалась нога с кошкой, если даже тело находилось в устойчивом равновесии. А с последним баллоны и рюкзак никак не хотели согласиться; взгляд вниз, в Цирк, по ту сторону холодного зеленого бугра, приводил в смятение. Подъем, правой рукой держусь за верёвку, несколько шагов — и остановка. Сзади меня шерпы, согнутые в три погибели, тяжело дышали, я же со своим кислородом наслаждался комфортом и чувствовал себя преступником. За час и три четверти мы добрались до лагеря VI.
Мы провели около часа на открытом месте. Во-первых, потому, что шерпы были приведены в ужас от дополнительного груза в виде шести баллонов Дрегера и другой мелочи, который им надлежало здесь взять. Я подозреваю, что в тщательно составленном списке грузов были пропущены надувные матрацы, спальные мешки и личное снаряжение, что могло потянуть до 8 килограммов. Кроме того, мной было сказано Ануллу, моему сирдару, что до лагеря VI мы пойдем налегке, а здесь возьмем дополнительный груз. Но шерпы, живя по-детски настоящей минутой, видели только, что ноша не тяжелая, и, следовательно, путь будет легким. На стене меня охватила тревога при виде того, как тяжелы были грузы уже на первом участке. Теперь я ясно ощущал, с какой неприязнью шерпы смотрели на новый груз. Они сидели, менялись местами, пробовали баллоны и снова садились; при каждом движении верёвка безнадежно запутывалась.
Второй причиной нашей долгой остановки было странное уменьшение запаса кислорода. Я был удивлен, обнаружив, что за короткое время подъема давление в моем аппарате упало со 172 до 64 кг/кв. см. Утечка! Мне казалось, что я слышу легкое шипение из-под больших гаек у тыльной стороны баллонов. Но, увы! у меня не было большого ключа, чтобы их подтянуть. Однако здесь лежали в снегу два баллона, как я надеялся — полные. К сожалению, в этих черных баллонах R. A. F. нельзя было узнать давление, не смонтировав и не присоединив их, что для меня было не так просто. Оба баллона я медленно, с трудом установил на место, закрепив их по очереди в правильном положении. Оба оказались не лучше моего. Ничего не оставалось, как попробовать те, которые я, может быть, найду в лагере VII. Добираться туда мне придется с дефектным баллоном при расходе два литра на минуту. Маленькая группа, которая в конце концов сумела разобраться в верёвках, имела грустный вид. Мы поднимались очень медленно, остановки были часты. «Арам (отдых), сагиб» и вся группа падает, задыхаясь, на снег. Я нашел, что все это дело намного более утомительно, чем наше восхождение с Джорджем без кислорода, пошел на риск и увеличил подачу кислорода до 4 литров в минуту.