Было на исходе горячее время озимого сева, и Николай Федорович с трудом разжимал слипающиеся глаза: он недосыпал уже третью ночь.
Вот, наконец, и стан бригадира Ивана Лаврентьевича Колпака. Однако что это? На стане никого нет.
«Ах, чорт, — с сожалением думает Николай Федорович, — как же это я такую промашку сделал? Ведь закончил здесь Колпак работу и на новое место перекочевал, в соседний колхоз».
Секретарь райкома совсем уже собирался поворачивать в Увельку, когда свет машины вырвал из темноты части каких-то машин.
Соколов выскочил из «Победы», быстро подошел к горушке, в которую упирались лучи фар, и глаза секретаря райкома сузились, опустились над ними русые негустые брови. Возле утоптанной площадки, где недавно еще стоял полевой вагончик бригады в грязи, поблескивая тусклой стальной покраской, лежали два разобранных культиватора.
С первого взгляда было видно, что культиваторы эти и не начинали еще своей рабочей жизни, что лежат они тут бог знает сколько, надо полагать, — с самой весны.
— В МТС! — резко сказал Соколов шоферу, когда тот вопросительно взглянул на подошедшего секретаря.
Директор Увельской МТС Иван Николаевич Полторихин, взглянув на вошедшего Соколова, понял: секретарь райкома не в духе, что-то случилось. Выслушав Соколова, Иван Николаевич горестно вздохнул и развел руками:
— Понимаешь ли, Николай Федорович, какая штука получается: все делаем по закону, все инструкции выполняем, все формы учета ведем, как положено и вот — на тебе! — чуть не каждый день такие неприятности.
— Погоди, Иван Николаевич, — удивился секретарь райкома, — я не о форме сейчас говорю, а о деле. Вот Колпак не вернул в положенный срок на усадьбу культиваторы. Как это могло случиться? А только так: не отвечает он за них.
— Ну нет, — возразил Полторихин, — я сейчас докажу, что это не так.
Директор сказал вошедшей на звонок секретарше:
— Пригласите главного бухгалтера. Пусть захватит учетные листы Колпака.
— Вот, — сказал директор Соколову, — записаны у Колпака пять культиваторов. Вот и номера их обозначены — от первого до пятого.
— От первого до пятого? — вслух раздумывал обескураженный секретарь и вдруг поднял на директора удивленные глаза. — Я каждую часть двух культиваторов на свету разглядел, нет там никаких номеров.
— Нет? — переспросил директор и смутился. — Там, конечно, нет. Свои, хозяйственные номера мы в книге учета ставим, а на инвентаре никаких номеров не обозначено.
И вдруг спохватился:
— Погоди, Николай Федорович? Это что же у нас получается? Раз инвентарь не пронумерован, значит, Колпак, скажем, может осенью сдать на усадьбу разбитый культиватор, а Белоусов — новенький, ни с первого ни спросить, ни второго похвалить. В общей куче — как узнаешь, чей это?
Директор сокрушенно развел руками и взглянул на секретаря райкома. Соколов тоже был огорчен, но сказал совсем неожиданные вещи:
— Бить меня некому, Иван Николаевич. Ведь был и я не так давно директором станции. Как же я этого не замечал?
Потом сидели они, два немолодых человека, в кабинете почти до света и вели огорчительный разговор. Получались странные вещи.
В учетном листе тракториста, состоящем из десятков пунктов, не было даже и намека на учет работы прицепного инвентаря. Никто никогда из трактористов не интересовался, на какой срок работы рассчитан, скажем, культиватор или сеялка. Закончил трактор цикл сельскохозяйственных работ, и уже готовы итоги и выкладки: сколько чего сделано, как сделано, сколько денег ушло на полевой и осенне-зимний ремонт. Даже попыток применить такую форму учета к сельскохозяйственному инвентарю не было ни в одной МТС.
И вот что получилось в результате. Один из дисциплинированнейших бригадиров, знающий тракторист и руководитель Василий Михайлович Белоусов уже десятый год содержит в образцовом порядке записанные на бригаду безномерные культиваторы. А вот Иван Колпак, как мы видели, еще и не пустив в дело инвентарь, чуть не погубил его.
И вот еще какие факты вспомнили секретарь райкома и директор МТС. Недавно Иван Николаевич Полторихин заехал по делам на стан бригадира Есина. К тому времени все полевые работы, кроме вспашки зяби, уже были закончены и бригаде оставалось несколько дней полевого житья.
И вот, ожидая Василия Филипповича Есина у вагончика и вышагивая по небольшой утоптанной площадке, директор наткнулся на новые шестерни высевающего аппарата сеялок. Через несколько шагов Полторихин увидел обросшие грязью лапки культиватора, потом втулки плугов.