Подошедший Есин счел гнев директора необоснованным.
— В поле всякое может случиться. Значит, должны запчасти под рукой быть.
— Под рукой, в грязи? — съязвил директор.
— Ну, это верно — промашка, — согласился Есин, — подберем, почистим, смажем.
— Не довел я тогда дело до конца, — с огорчением сказал Полторихин. — А ведь это звено той же цепочки, Николай Федорович, о которой ты мне нынче рассказал. Смотри, что получается. Раз инвентарь без номера, раз никто не учитывает его работу, относятся к нему бригадиры, как кому совесть подсказывает. А бывает и не очень правильная совесть. Это — первое. А второе — вот что. Раз неизвестно, на какой срок рассчитан инвентарь, значит можно хоть завтра придти в МТС и потребовать запасные части: трудно ли сказать, что какая-нибудь там втулка у плуга сломалась. А время горячее — ну, и даем. Бери — только паши, сей! Вот и получается, что тот же Есин и воспользовался бесхозяйственностью нашей: понабрал себе чуть не десяток пудов запасных частей, а не понадобились они ему — в грязь их, пусть ржавеют!
Разговор был негладкий, даже злой, но как иначе вести такие разговоры? Дружно пришли к выводу, что безразличие к учету работы прицепного инвентаря из года в год приводит к порче и быстрому его выходу из строя. Перерасходуются большие суммы на непредусмотренный ремонт инвентаря, лезет вверх стоимость каждого гектара условной пахоты.
— В других станциях та же картина, — сказал секретарь райкома. — Соседи ваши из Катаевской МТС тоже большие деньги зря на ветер бросили. И там у одного бригадира прямые расходы по плугу на один гектар составили 2 рубля 9 копеек, а у другого бригадира — 68 копеек. Ясно, почему. Первый не берег плуг, через два дня на третий ремонтировал его, запчасти со склада без зазрения совести брал, а второй относился к делу как полагается сознательному механизатору.
Вскоре на всех станциях состоялись собрания трактористов и механиков. И здесь мнение было единым.
Увельская МТС, прокладывая дорогу остальным, первой совершила крутой поворот. На каждой сеялке, плуге, культиваторе поставили свой хозяйственный номер. Номера эти вписали в книгу учета, закрепив за каждой бригадой точно оговоренный сельхозинвентарь.
Установили сроки работы и периодичность ремонта на каждый вид инвентаря. Ввели новую форму отчетности: какая площадь, скажем, вспахана плугом номер такой-то, каковы затраты на полевой ремонт, во сколько обошелся гектар условной пахоты.
Теперь уже бригадир не мог просто явиться в усадьбу и потребовать запасные части к вышедшему из строя культиватору. От бригадира требовали акт о порче, о причинах порчи и виновниках. И только после того, как главный инженер станции утверждал такой акт, бригаде могли выдать запчасти. За небрежность теперь взыскивали с виновника.
Пока еще сделаны первые шаги, нет пока обстоятельных выводов и цифр, но и без них ясно, как эта мера поможет делу.
…Идут полями комбайны, день и ночь не умолкает рокот моторов, крики, разговоры, песни. И то тут, то там замечают люди изрядно потрепанную палевую «Победу» секретаря райкома, видят, как появляется Николай Федорович Соколов то в МТС, то в колхозах, то на фермах, то на элеваторе, принимают участие в беседах с ним, радуются его верному слову, его энергии, его знанию земли, а больше всего — его знанию людей, умению направить их по правильному пути.
В прошлом году район досрочно выполнил план хлебозаготовок, колхозы и совхозы полностью засыпали семена, переходящие, страховые и фуражные фонды, целиком рассчитались с государством.
23 колхоза района получили тогда 20 000 000 рублей дохода. Восемь из них получили каждый свыше 1 000 000 рублей дохода, а колхоз «Путь Ленина» 2 900 000 рублей. Некоторые колхозы выдали своим людям на трудодень по 8—10 рублей деньгами, не считая продуктов.
…Соколов едет сейчас в Увельский совхоз и с удовольствием вспоминает эти приятные факты, результаты большой и неустанной работы тружеников района, его партийной организации. Но секретарь райкома помнит и другое. Район не выполнил плана по урожайности и подъему зяби. Слабо еще развито животноводство и овощеводство. Много еще у партийной организации работы впереди.
Вот, скажем, некоторое время назад начали в Увельском совхозе огромное новое дело — обработку земли по методу народного ученого Терентия Семеновича Мальцева. Не так давно Николай Федорович вместе с директором совхоза Рутковоким был на замечательном совещании, проведенном в колхозе у Мальцева. Ученые и работники сельского хозяйства съехались туда со всех концов страны. Небывалое это совещание было, и все на этом совещании убедились (кроме консерваторов и рутинеров — есть, конечно, и такие!) в огромных, поистине неисчерпаемых выгодах новой системы земледелия.